b000002124

господи! То.-то она, язва, вертелась тут возле него всю неделю. Уж был бы отец жив, он бы за всем доглядел, он бы ее нала­ дил отседа. Ишь, язва, учуяла, где жареным пахнет. Еще бы — парень ученый, видный. Авось, думает, к рукам приберу... Мать рассказывала, бабка охала, а Глеб думал: «В самом деле! На кой черт она мне. Не по плечу дерево рубит баба...» И на другой день уехал из Венца в Ульев. В общежитии он облюбовал место у окна. Поставил под кро­ вать деревянный чемодан с висячим замком, положил на тум­ бочку несколько технических справочников, на стенку повесил портрет отца, потом на танцах, в парке, в кино стал пригля­ дываться к девушкам и приглядывался целый год: жениться так жениться. Два раза приглашал он в кино участкового агронома МТС — миловидную девушку с пухлыми детскими губами, которая во время сеанса снимала туфли и засыпала от усталости. Ну, раз­ ве это жена, если она по целым неделям мотается из колхоза в колхоз? Потом ему приглянулась примадонна клубной само­ деятельности—крупная девица, сильным контральто певшая арии из опер. Но та весь вечер проговорила с ним о своих пла­ нах на будущее, связанных с Московской консерваторией, и он подумал: «Э-э-э, лучше синицу в руки, чем журавля в небе...» Провожал он несколько раз после танцев кассиршу промтовар­ ного магазина, и та очень нравилась ему — спокойная, ласко­ вая, мягкая,— но у нее было такое количество меньших сестер и братьев, что маленький домик их на Набережной улице был похож на детский сад. Где же тут поселиться еще и молодо- женам? И Глеб всем этим девушкам сказал одно и то же: — Останемся друзьями. Елку Половодову он случайно встретил на улице в солнеч­ ный, сверкающий капелью день ранней весны. Ах, что за вес­ ны^ бывают на земле! Морозным красным днем по занавожен­ ной дороге скакал боком блестящий грач, долбил и подбрасы­ вал крепкие комки, потом вытянулся, разбежался, полетел, и, словно вдогонку за ним, сорвался откуда-то тяжелый ветер. На чердаках, почуя его, заорали хриплым мявом коты. Ветер быстро нагрудил мокрых облаков, дул весь день, всю рочь, из- ноздрил снега, а еще через день сломал на реке лед. Точно те­ шась своей удалью, шальной и разбойный, он носился по ули­ цам, мотал на скрипучих петлях ворота, подхватывал юбки, а когда сквозь облачное мутиво опять проглянуло солнце, за­ валился куда-то за реку, в еловый лес, в чащу, в теплую сырь и затих. И уж давно сбежали по оврагам ручьи, уже пылили до­ роги, земля взгоняла яровые, а Глеб все вспоминал тот день,