b000002123

фические названия, и, с тоской вслушиваясь в нее, Андрей Поликарпович думал: «Боже, иеужели эта пытка продлит- ся еще хоть одну ночь?» Его ра здражала и книга, дочитанная Пуховым в не- сколько приемов до шестой страницы, и то, что гость наде- вал его домашние туфли, сорил табачным пеплом на пись- менном столе, пил много водки, но больше всего ему была ненавистна своя подлая, отравленная унизительным при- творством жизнь, которая началась с приездом генерала... Однажды Андрей Поликарпович вошел в комнату жены и увидел, что Нина плачет, спрятав лицо в оконную портьеру. Он встревожился, сжал ладонями ее горячие щеки. — Я не могу больше,— говорила Нина, глядя на него снизу страдающим взглядом.— Она изводит меня... В том, что я молода, а ты значительно старше меня, она видит расчет и говорит со мной тоном единомышленницы. Это так оскорбительно! Ведь я люблю тебя... Люблю эти седые виски, эти сухие руки, эти умные, усталые глаза... Она поднялась и, плача, стала целовать его руки, глаза, виски, словно боясь, что и он вдруг не поверит ей. — Черт знает что,— пробормотал Андрей Поликарпо- вич.— Успокойся... Не вечно же они будут здесь. А я, по- верь, ничего не поделаю с собой. Презирай меня, назови размазней, тряпкой, но не могу я сказать Пухову, чтобы он уехал, не могу! — А зачем ему уезжать? — Нина отстранила голову мужа и пристально посмотрела в его глаза блестящим от слез взглядом.— Какой же ты, Смаковников...— медленно с расстановкой проговорила она.— Ему не надо уезжать, не надо, не надо! Слышишь? Андрей Поликарпович поднял плечи. — Ну, не понимаю я тебя тогда. И вообще... какая-то блажь... Он вышел, хлопнув дверью, а когда Пухов, попавший- ся ему на пути, спросил, пойдет ли он за лещами, Андрей Поликарпович резко и раздражеыно ответил, что ему нужно работать, а не бездельничать и что он никуда не пойдет. Выходной день выдался пасмурным, скучным. От без- делья гости принимались несколько раз есть, и Андрей Поликарпович был рад, что может побыть в кабинете один. Вечером шел редкий теплый дождь. Андрей Поликар- пович нечаянно заснул в кабинете на диване. Было далеко