b000002123

— А вы роскошно живете,— сказал Максим, молодой человек с длинным красивым лицом и крупными прядями темных волос, падавшими ему на лоб и уши.— Батьке, ког- да он выходил в отставку, дали полгектара земли, а он, черт, д аже сарая до сих пор на ней не поставил. — Не понимаю,— развел генерал руками.— Государст- во, сам, Андрюша, знаешь, не обижает нас, старых боевых коней, пенсию я получаю порядочную, а денег все время нет. Иногда д аже боржом мне не на что купить. Жить, что ли, не умеем... — Это давно известно,— усмехнулась Лариса. Максим, стоявший у открытого окна, вдруг лег животом на подоконник, перегнулся и сломил большую ветку цве- тущей липы. У Андрея Поликарповича перехватило дыхание. Эгн деревья он сам посадил вокруг дачи, пятый год заботливо ухаживал за ними — подрезал, опрыскивал,— и теперь, при виде сломанной ветки, ему хотелось крикнуть: «Что же вы делаете!», но он сдержался. — Восторг, как пахнет! — сказал Максим, пряча лицо в липовый цвет, обрызганный росой.— Лорка, понюхай. Лариса с усмешкой отодвинула ветку. — Ты, я знаю, и в письма не брезгуешь класть засу- шенные цветочки, слюнтяй. — Ты дура,— без обиды сказал Максим. — А где же Людмила Ивановна? — всполошился вдруг генерал.— Люда, где же ты? — Нет-нет, я не покажусь, пока не приведу себя в по- рядок,— послышался из кухни голос, принадлежавший, очевидно, женщине молодой, здоровой и крупной. Андрей Поликарпович понимающе усмехнулся. — Ну, нам здесь делать нечего, старина. Пойдем-ка в сад,— сказал он, обнимая генерала за плечи. Когда в прихожей они проходили мимо зеркала, Анд- рей Поликарпович невольно задержался и сравнил свою тяжеловатую, но еще стройную и осанистую фигуру с вис- лоплечей фигурой генерала. «А все-таки я еще молодцом»,— с удовольствием поду- мал он. Друзья вышли в сад и сели там у врытого в землю стола. *— Вот так-то, Андрюшенька...— сказал генерал. — Да -а -а,— вздохнул Андрей Поликарпович. Разговор у них явно не клеился. Выручила английский сеттер Люстра. В то время как гончие Угадай и Заливай, 83