b000002123

В колхозе спешно стронли риги, в них гулял продувной ветер и пахло мокрой соломой. Но дождь неожиданно кон- чился; ночью сквозь жидкие текучие облака замелькали лучистые звезды, а утром из тумана заречных болот под- нялось большое, точно разбухшее в теплой сырости, солн- це, И все обрадовалось этому погожему дню: река забле- стела, отражая голубой небесный свет; побежали к ней гуси, вытягивая шеи и размахивая крыльями в бесплодном порыве взлететь; с коиного двора, провожаемый сочной руганью зазевавшнхся конюхов, выскочил трехлеток и уда- рил вдоль улицы, ошалелый от счастья неожиданной сво- боды.., Егор вышел в сад, потянулся всем телом, вздрогнул от утренней свен<ести и улыбнулся: навстречу ему шла, сби- вая с веток капли, Александра Сергеевна. — Егор Савельевич, кончилось ненастье. Теперь мы повысим сдачу хлеба, — сказала она самые обыкновенные слова и засмеялась. И Егор обрадовался вместе с нею и тоже засмеялся. Вёдро стояло недолго. Уже на следующий день появи- лнсь признаки дождя. Было томяще знойно, душно; дым из труб стелился понизу, и всюду — в улицах, садах, ого* родах — плавали его тонкие синеватые пласты. Егор, взяв ружье, ушел в лес и там нечаянно заснул под едва внятный шелест берез. Было далеко за полдень, и от деревьев уже протянулись длинные тени, когда он, тихо вскрикнув, точно от испуга, очнулся и сел. Голова кружилась, тело налилось тяжестью. «Растомило меня... Гроза будет... Черт бы ее побрал!»— думал Егор, выходя из леса и глядя, как туча — лилово-си- няя, драная, с багровыми подпалинами по краям — неумо- лимо ползет по небу, грозя проливным дождем. И уже ве- тер, пахнущий дождевой влагой, ерошил, мял кусты, обры- вая с них засохшие листья. Дома Егор застал за обедом жену, Александру Серге- евну и бабку Аришу. — Нет, скажите мне, — говорила Галина Дмитриевна, очевидно, продолжая начатый разговор, — неужели вас удовлетворяет ваша жизнь? Скажите по совести, хочется вам обедать на чистой скатерти, из красивой посуды, в приятной компании, — хочется? — Не знаю, не думала я об этом, — сказала Александ- ра Сергеевна, и по рассеянному выражению ее лица было 5 62