b000002123

4 Жизнь в баньке пошла своим чередом. Егор вставал на заре, умывался колодезной водой, пил молоко и, захватии ружье или удочки, уходил на весь день. Галина Дмитриев- на обычно еще спала. Она, как и в городе, просыпалась поздно, потом полуодетая л ежа л а в саду на траве, грызла кислые яблоки и громко зевала, — ей было скучно и хоте- лось в город. Иногда по вечерам в сад приходила Александра Серге- евна Воркуева. Егора очень заинтересовалн ее опыты с люпином, и однажды он вместе с ней ходил на отдален- ный песчаный участок, где она их проводила. По дороге они разговорились, и, как это часто бывает между двумя малознакомыми людьми, у одного из ннх вдруг прорвалось самое сокровенное, и в какие-то несколь- ко минут была рассказана вся жизнь. С мельчайшими под< робностями, которые в это время кажутся чрезвычайно важными, Александра Сергеевна рассказывала Егору о себе. В институт она поступила в предвоенный год. Теперь вспоминала она, как стояла в заскорузлом ватнике под скользким скатом противотанкового рза и ковыряла лопа- той упругую, тяжелую глину. Усталые, иззябшне студенты распевали сложенные тут же песнп, и она пела вместе со всеми, а когда над ними пролетали к Москве вражеские самолеты, она тоже со всеми, припав к мокрой глине, с ненавистью смотрела в небо на серые крестообразные силуэты. Потом она заболела воспалением легких, и ей помогли уехать домой, а институт, как она вскоре узнала, звакуировался в Среднюю Азию. В родном доме о войне напоминало только то, что не было брата Володи, и мама все время жд ала от него писем. Потом ушел на фронт отец. От него пришло только одно письмо. Он писал, что сочинил стихи, посвященные доче- ри, но прислать их постеснялся. И было странно и трога- тельно читать такое письмо, написанное немолодым уже, серьезным человеком, бухгалтером промышленной артели. Однажды — это было уже в мае — Александра Сергеев- на увидела из окна почтальона, идущего к их дому. Поче- му-то оиа заранее испугалась, и у нее сильно застучало сердце. Она выбежала навстречу почтальону, и когда ми- нѵту спустя читала извещение о Володиной гибели, ее прежде всего поразило полное написание его имени — Вла- 68