b000002123

— Э-э-э, слаб, молодой человек! — балагурил Дмитріш Сергеевмч. — Смотрите на меня! Вот что значит старая за- калка — нн в одном глазе! — Пойду, — хриплым от волнения голосом сказал Егор. Он ушел, к себе во флигель и, будучи не в силах отде- лить от вихрящегося клубка мыслей какую-нибудь одну, определенную и ясную, долго лежал на кровати, мрачно глядя в потолок. 2 В старом деревянном доме все располагало ко сну и лени: его четыре окна по фасаду выходили на тихую не- мощенную улицу, на заросшем дворе мирно клохтали куры и дремал в конуре черный пес Жук. Всякий раз, как кто- нибудь хлопал калиткой, он вылезал, начинал чесаться, гремя цепью, и было видно, что цепь давно уже не нужна ему: так стар, что никуда не уйдет, ни на кого не бросит- ся. И когда Галя просыпалась утром в своей комнате, смотрела на солнечные лучи, просеянные сквозь кисею занавесок, слушала, как в кухне уютно журчал электриче- ский счетчик, как лопались от жары пересохшие обои, то чувствовала, что — нет, она никогда не сможет, ну, просто не в силах уехать отсюда и, отказавшись от милых привы- чек и привязанностей детства, сменить свою теперешнюю жизнь на другую — неизвестную, которая казалась ей су- ровой, грубой и полной всяких неудобств. Незадолго до государственных экзаменов в институте происходило распределение на работу. Дмитрий Сергеевич обещал похлопотать, чтобы Галю оставили в городе, но однажды вечером он приехал возбужденный, рассержен- ный, кинул через всю комнату портфель на диван и пнул подвернувшуюся под ноги кошку. — Вот, дьявол, принципиальный, председатель этой ва- шей комиссии, — сказал он. — Уперся на Алтайском крае, и крышка. Битый час его уламывал, сошлись на Рязан- ской области. Все-таки поближе. А там, глядишь, приду- маем что-нибудь. С тех пор как Галя помнила себя, ее повсюду окружала любовь и всеобщее внимание. Маленькой девочкой, с боль- шим бантом в светлых волосах, в пестром и ярком платье она походила на легкую красивую бабочку, и все напере- бой любовались ею и говорили, что она очень милый ребе- нок. В юности она сохранила ту же мотыльковую легкость 52