b000002123

Вечером Егор много работал и нечаянно уснул прямо за столом. Его разбудил яркий свет солнца, бьющий ему в глаза; он поднялся и, потирая затекшую щеку, распах- нул окно. Через двор к флигелю шла Галя в ярком пест- ром платье, вся осыпанная солнечными бликами, молодая, красивая, и Егор, думая, что все еще продолжается сон, пробормотал: — Здравствуйте, утренняя царевна.., Она засмеялась и, подойдя ближе, спросила: — Можно посмотреть, как вы живете? Егор смутился, начал лепетать о том, что у него не прибрано, но она уже сидела на подоконнике и бесцере- монно оглядывала комнату. — Вы какой-то бука, молчаливый, — сказала она, слов- но пожаловалась, и даже надула губки. — Я у деда на лесном кордоне вырос, там много не разговаривали, вот и привык, — сказал Егор. — Страшно, наверно, в лесу жить? — спросила она. — Ну! Кого же там бояться? — улыбнулся Егор. — Талантова-то дома? — спросила вдруг Галя. — А то прогонит. Не любит она меня. — Не любит! — с искренним удивлением воскликнул Егор, недоумевая, как можно не любить это милое наивное существо... Впоследствии он вспоминал об этом лете как о самой красивой поре своей жизни. Во дворе распустилось много цветов, заботливо взращенных Талантовой, и она иногда разрешала ему рвать их. Этим разрешением Егор пользо- вался в дни Галиных экзаменов. Утром он терпеливо сте- рег ее у окна, чтобы подсмотреть, в каком платье она уйдет, а потом составлял букет в тон платью и дарил ей. А когда, сдав зкзаменьі, Галя уехала на курорт, ему вдруг захотелось работать, и никогда, кажется, он не работал так спокойно и плодотворно. Однажды он вошел во двор, и у него от радостного вол- нения застучало сердце. Загорелый, посвежевший после курорта, по двору расхаживал Дмитрий Сергеевич Орлов, в пижаме и сандалиях на босу ногу. — «Нынче у нас передышка...» — пропел он, увидав Егора. — А посему давайте-ка, молодой человек, выпьем. Полдня уже томлюсь. Один, знаете ли, не привык, а ба- бы, — кивнул он в сторону дома, — как известно, не мате* риал для компании. 50