b000002123

ла отвечать ей, и Анна только качала головой: — Дура и есть дура, что скажешь! Но я это дело так не оставлю! Я стерву по судам затаскаю! Я ей покажу дарственную! Был ясный, свежий с утра день. Перед дорогой на ми- нуту присели, чтобы соблюсти внешшою добропорядочность проводов, шли до пристани молча, отчужденно, и толькэ когда внесли в каюту катера чемодан и опять присели на узкий кожаный диванчик, Анна, всхлипывая, ткнулась Ел- ке в плечо. — Ты не осуждай меня, милая. А о нем не жалей. Не стоит он того, чтобы ты о нем жалела. Зачем тебе такая дрянь? Ты красивая, найдешь другого, а я и этому рада, мне деток хочется. Елка сначала только брезглнво отводила плечо, но по- том тоже расплакалась и обняла Анну. С тех п о р ,к а кГ л еб сказал ей: «Останемся д ру зьями» ,— словно какой-то хрусталик, пропускающий через себя жизнь, сместился в ее сознании. Жизнь полилась грязным густым ленивым потоком, и она никак иначе не могла вос- принимать ее, мучилась этим, стала искать одиночества и постоянно кривила губы в брезгливой усмешке. Однажды она пошла опять на кладбище, увидела тех самых голубей, парящих в небе, и вдруг неудержимо разрыдалась прямо на дороге. — Что же они со мной сделали! Совсем еще недавно любила и этих голубей, и свой просторный дом с квадратами солнечного света на полу, и отца, и некрасивую Аню... И вот эта любовь оказалась опоганенной, оскорбленной, вытравленной. А что такое че- ловек без любви? Чем он еще-то привязан к жизни? Тогда она решила уехать из Ульева навсегда. А Глеб и Анна готовились в эти дни к своей свадьбе. Он, не стесняясь присутствием Елки,— ведь они остались друзьями! — приходил в дом, обсуждал с Анной, что надо купить, сколько надо потратить, кого надо пригласить и как ущемить в будущем стерву Липку Мурыгину, вла- девшую теперь половодческим домом. Он был доволен собой, чувствуя, что Анна будет той самой женой, какая ему нужна — заботливой, домовитой и верной. К этому выводу он пришел давно, с тех пор, как стал бывать на Садовой улице и узнал, что, по сути дела, им с Елкой и жить-то будет негде — ведь старик так и не успел купить для нее дом, а денег в третьей доле доста- лось ей сущие пустяки. К тому же некрасивая Анна по- 401