b000002123

В тот вечер я провожал ее домой. Помню, накрапывал дождь, блестели под фонарями лужи, и пахло тополями. ГІотом через подруг я стал передавать ей записки, сверну» тые наподобие аптечных порошков, мы встречались, я провожал ее домой и часами простаивал с ней у ворот.., Впрочем, об этом я не буду рассказывать. В жизни каждо- го есть такие ворота или лестничная площадка и такие аптечные порошки. Пеплов засмеялся, но тотчас спросил, заглянув мне в лицо: — Может быть, я грубо сказал? Извините. Я немно злюсь... Да, вот так. Тася всегда выглядела эдакой Несмея- ной. Обычно задумчивая, грустиая, она лишь изредка становилась веселой, хохотала и даже кокетничала, словно вспомнив, что молода и привлекательна. Обычная ее мол- чаливость казалась мне серьезностыо, она много читала, но о прочитанном всегда отзывалась только так: «нравит- ся» или «не нравится». Причем последоватечьности в этих оценках не было совершенно. Она не любила спорить и легко соглашалась со всеми, только бы ее не тревожили. Все подруги любили Тасю, и я никогда не слышал о ней плохого отзыва. Со миой она действительно была нежна, ласкова, за- ботлива, часто писала мне в Москву письма. Теперь я по- нимаю, что это была все-таки очень пассивная любовь, я же всю жизнь хотел чего-то сильного. Но я ждал , что оно придет, и это вечное ожидание какого-то необыкновенного будущего удерживало меня возле Таси, и я очень любил ее, очень... Помню, я потерял нарукавные запонки, пода- ренные ею; этот пустяк показался мне неслыханным ко- щунством, и я несколько дней ходил сам не свой. Когда долго (а неделя считалась улсе долгим сроком) от нее не было писем, я начинал беспокоиться, истолковывал ее мол- чание непременно в трагическом свете и забрасывал ее тревожными телеграммами. Я чаще стал приезжать из Москвы, постоянно бывал у Барьішниковых в доме. Это просторный серый бревенча- тый дом в центре города, с большим двором, огородом, со всевозможными пристройками: курятником, сараем для дров и еще сараем, который звали омшаником, где откарм- ливались два поросенка. Глава семьи, Тасин отец, Петр Фомич Барышников, работал кладовщиком в промышленной артели, вырабаты- вающей, кажется, трикотаж, и приносил домой так назы- 33