b000002123

мый Мите подполковник, в щеголеватой форме, и, глядя прямо ему в глаза, сказал: — У меня нет к тебе отцовских чувств. И ты тоже, на- верно, не будешь очень горевать, если меня убьют. По- прощаемся без мелодрам. Живи, малыш! Он стиснул Митину руку повыше локтя и большими прыжками стал спускаться вниз по осыпающемуся откосу. 17 Встреча с отцом возбудила в Мите острое любопытство к людям. Не суть рассуждений отца, проникнуть в кото- рую Митя еще не мог по своей незрелости, смутила его, а то обстоятельство, что отец оказался человеком с особым, неповторимым складом характера и образа мыслей. В ми- нуту какого-то озарения Митя вдруг увидел, как разнооб- разны люди, живущие вокруг него,— мама, бабушка, дя- дя, классный руководитель Обаюдов, по прозвищу Фю- зис,— как неповторим их внутренний мир, неисповедимы судьбы, непостижимы тайные мысли. До той минуты он жил в Природе, теперь же с трепетом перед новой загадкой жизни, с острой жаждой нового познания заглянул в Лицо Человеческое. Он прямо-таки заболел какой-то неотвязчи- вой наблюдательностью, и даже самые близкие люди с недоумением замечали на себе его пристальный и чуть удивленный взгляд, словно он видел их впервые. А он, во многом еще не разбираясь, многое не умея объяснить себе, накапливал в памяти встречи, случаи, фразы, лица... Как-то вечером с мамой пришел хирург Радимов — очень худой, желтолицый, с отвисшим левым веком ста- рик — и, пока мама готовила ужин, заснул в кресле, уткнувшись подбородком в грудь. Во сне он стонал и вздрагивал, а когда Митя подошел к нему, чтобы разбу- дить, то увидел, что со щеточки его прозеленевших от ни- котина усов капают на пиджак слезы. Митя не разбудил его, стоял и смотрел, пока старик не проснулся сам, вытер слезы вздрагивающими пальцами и очень просто, не кон- фузясь, сказал: — Старею, близко слеза стала... Приснился узбек, что лежит у нас в коридоре, на моей «большой дороге». Каж- дый раз, как прохожу мимо, норовит схватить за полу ха- лата и бормочет: «Спасибо, браток, хорошо работаешь! Зачем пешком ходишь — бегать надо! Правильно бегаешь, браток!» Браток... Смешно, право. Запомнил Митя утро после случайной беспорядочной 352