b000002123

— Д а идите вы к черту,— ие крикиул, а как-то очень проникновенно попросил он.— Ведь там война, там стре- ляют, понимаете? Вот на эдакий манер. Он встал — детина под матицу,— судорожно повел шеей в стороны, и левая рука его маятником закачалась, словно лодвешенная за петлю на крючке. Он подхватил ее пра- вой и протянул вперед — грубый протез из черной кожи, уже вытертой до белизны на кончиках пальцев. — Пока я здесь,— ворчливо сказал он, бросив эту страшную руку,— ни один доброволец из сопливых не про- сочится через меня туда. Каждому овощу свое время. Сорок третий! Несомненно, военком знал, видел и пони- мал болыие них, и все-таки к его словам Митя отнесся недоверчиво. А между тем эти слова ежедневно находили подтверждение во всех больших и малых событиях тогдаш- ней жизни. Немцы стремительно катились в глубь России, город падал за городом, школу заняли под госпиталь, в са- дах, огородах и дворах по приказу штаба МПВО жители городка, от которого в любую сторону скачи — ни до какой границы не доскачешь, рыли щели, спиливая для перекры- тий двадцатилетние яблони. А потом первая — не учеб- ная — тревога. Надсадный вой сирен, рев заводских и па- ровозных гудков. Хлопанье зениток, трескотня пулеметов, гороховая россыпь снарядных осколков по железным кры- шам. А в светлом небе июльской ночи — крестообразные силуэты медлительных, даже как-то пренебрежительно к этой наземной шумихе медлительных бомбовозов, идущих на бомбежку Горького. 16 В эти дни неожиданно появился отец. Митя нес два ведра воды и увидел, что возле калитки стоит и смотрит на него туго, щеголевато затянутый в ремни военный с каким- то странным, похожим на скрипичный футляр, предметом в руках. Только подойдя ближе, Митя понял, что это был жесткий чехол для охотничьего ружья. — С полными ведрами меня встречаешь — хорошо! — сказал отец, по обыкновению своему не здороваясь.— Я на час. Кто дома? Мать? Теща? А ты вырос, малыш. Он был все так же, как и раньше, по-южному загорел, ослепительно белозуб, но уже густо сед на висках и чуть полноват в талии. Мама работала тогда операционной сест- рой в хирургическом отделении городской больницы, пре- вращенной, по сути дела, в госпиталь, и редко бывала до- 350