b000002123

11 Когда кончится война... От этой отправной формулы исходили сейчас все мечты людей: от самой немудрой — о возможности поспать вволю, до самой сложной — о че- ловеческом счастье. Среди них жила в Мите мечта когда- нибудь опять лечь на спину в беседке из лоз черного ви- нограда, смотреть, как рубиново просвечивают на солнце его грозди, как пробиваются сквозь чуть шевелящуюся листву радужные лучи света и за ажурным проемом вхо- да далеко-далеко дрожит и льется над морем воздух. Благословенный совет доктора Краснова и остатки бабушкиных сбережений от продажи старого дома внесли в Митину жизнь дни, которые он и умирая, наверно, вспом- нит. По утрам море едва поблескивало лишь у самой кромки берега, а дальше было как чистое выпуклое стек- ло, незаметно, в мутной дымке, сливаясь с небом. Потом, к полудню, оно закипало зелеными у берега и густо-сини- ми вдаль волнами, кидалось на берег, шипело пеной, шур- шало галькой, йодисто пахло водорослями, а вечером уже только лениво и плавно катило длинные волны, краснова- то вспыхивающие на гребнях и тлеющие во впадинах мрач- ным фиолетовым светом. Жил Митя в белом домике на низких сваях, у плот- ненькой, круглолицей и д аже чуть курносенькой грузин- ки Анечки, похожей на грузинку разве лишь черными, с блеском' волосами и огромными, влажными и тоже черны- ми глазами. Был это какой-то вихрь улыбки, звонкого сме- ха| маленьких ловких рук, развевающихся юбок. Она кор- мила Митю опаляющим харчо и давала запить его глот- ком кислого мутного вина. — Э, — сказала она перепуганной маме,— виноград пьет солнце, мальчик пьет вино, значит, и он пьет солнце. Все будет хорошо. Смотри на моего сына. Разве вино по- вредило ему? Ее сын, студент Вахтанг, рослый, боксерского сложения парень с массивным подбородком, молча, застенчиво улы- бался. Потешен он был Мите, ну прямо смешон до колик, потому что не знал, что такое коньки. По лицу его блуж- дала снисходительная, но в то же время смущенная улыб- ка, когда Митя, дрыгая ногами, катался по топчану в ви- ноградной беседке, и вдруг он сам захохотал, ощеряя ча- стые белые зубы, а вслед за ним засмеялась Анечка, по- 341