b000002123

была похожа на тонкого, стройного мальчишку, и Соломнн называл ее в мужском роде — Сашкой, но это лишь как-то особенно подчеркивало в его глазах ее женское обаяние. Д а она и на еамом деле, несмотря на свое мужское гьри- страстие к охоте, была очень женственна, и даже в ее люб- ви к природе проявлялась какая-то чисто женская, ма- теринская особенность, исключающая всякое, даже разум- ное, истребление. Она не била ястребов, запрещала Соло- мину рвать цветы, не могла без шумного негодования видеть сведенный лес или раскорчеванный кустарник. И однажды Соломин слышал такой іразговор между нею и дядей. — Проклятие! — кричал дядя,— Где она нагуляла этих ублюдков. Вы только посмотрите, что она принесла! Двор- няги! Шавки! Утопить немедленно весь помет! — Дядечка, жалко... — К дьяволу! Она осрамила меня перед всем городом! — Ну уж и перед всем... — А как же! Пять поколений чемпионов, родословная... Нет, ей самой камня на шею не пожалею. — Дядечка, ну оставьте хоть одного! Я возьму его себе. — Д а не скули ты надо мной, пожалуйста! Тебе кобе- ля или суку? — Однако ты и выражаешься, дядечка... Ведь я все-та- ки не егерь, а девушка. Так, совершенно случайно, уцелел и потом вместе с Александрой вошел в жизнь Соломина ублюдочяо-неюра- сивый, но преданный и добрый пес, сын неблагородного отца. Его назвали нелепым именем — Чук. — Да, Чукча,— говаривал ему в минуты шутливого настроения Соломин.— Не мы выбираем себе отцов, и, ви- дишь, эта оплошность природы едва не стоила тебе жизни. Расхлябанной трусцой, все обнюхивая, всюду тыкаясь своей тупоносой мордой, поливая каждый угол и столбик, этот пес бегал по городу за Александрой и Соломиным, по- являясь и в парке, где они гуляли, и на танцевальной пло- щадке, и на пляже. Он в самый неподходящий момент, отфьііркиваясь от налипшего на нос пуха одуванчиков, вы- скочил в пойме из кустов, залаял , запрыгал, но ему с обес- кураживающим раздражением крикнули: — Да уйди ты, проклятая собака! Зимой он сопровождал Соломина и Александру в лыж- ных прогулках. Прекрасна была зимняя синева на грани дня и ночи, казавшаяся Соломину волшебным светом ска- 240