b000002123

печки мокрые ватники и рано легли в горнице на полѵ слать. А утром я проснулся, и первое, что услышал: «Погода перевернулась». Не понял д аже сначала, приснилось мне это или наяву было — стоит надо мной старичок, лучится из короткой седой бороды улыбкой и говорит: — Везучие вы, охотнички. Погода перевернулась. Светло было в горнице, солнечно и ярко. Старичок ока- зался нашим хозяином. Он уже сходил куда-то и теперь весь румянился от свежего утренника, который еще свер- кал за окном тонким инеем на крышах изб, на скате бре* вен посреди улицы, на перепончатом льду мелких лужиц, Празднично кричали по деревне петухи. Мы одевались и завтракали быстро, словно боялись опоздать куда-то, но когда вышли на крыльцо, то долго не двигались с места, подставляя солнцу ладони и лицо, соскучившиеся по его теплу. Воздух был сух и колко холоден, но солнце, уже набравшее силу, грело напористо, стойко, и это ут- реннее борение тепла и мороза обещало ясный, бодрый день. — Куда пойдем? — спросил мой товарищ. — Все равно, — ответил я. Мы пошли по обсохшей обочине дороги за изволок, где отчетлизо постукивал трактор; там собралось много наро- ду посмотреть, не вязнет ли он в оттаявшей зыби, и все были возбуждены, веселы, потому что трактор легко бегал по полю, а солнце так и валило на землю потоки тепла. Мы поддались общему настроению, хохотали, поталкивали плечами визжавших девчат, солидно судили с колхозника- ми о севе и без обиды принимали извечные шутки по ад- ресу горемьік-охотников. Трактор вдруг умолк. И тогда же стало слышно, к а к : над полем льется первый жаворонок, чистый колокольчик весенних небес. — Жаворонок — к теплу, зяблик — к стуже, — умиро-. творенно вздохнул кто-то, и все долго вслушивались в тре-, петный звон сверху, пока опять не захлопал трактор, пу- стив над пашней голубоватый дымок. Мы ушли очень далеко в тот день по лесистым, не за- хваченным полой водой буграм, приглядывая места для завтрашнёй тяги. — Помнишь, — сказал мой товарищ, когда мы лежали,, отдыхая, на солнечной стороне бугра, плотно устланной' палым дубовым листом, — помнишь, как давным-давно. 231