b000002123

И еще. Утром патологоанатом, сделавсвое дело, вышел в коридор покурить. Это был высокий, сухой, всегда басо- вито покашливающий старик, насупленный и молчаливый. В смерти, с которой его профессия сняла мистические по- кровы, для него не было тайн, и о кузнеце он знал все и теперь, затягиваясь и глядя в окно, думал: «Война, война... Все еще собирает она среди нас свой гнусный оброк...» В памяти докучно звучали слова поэта, имени которого он никак не мог вспомнить: Мы не от старости умрем, От старых ран умрем... И когда, поступая против собственных правил, он за- куривал вторую папироску подряд, руки у него слегка дрожали. 1961