b000002123

достью. Он был бы очень красив — золотоволосый, с огром- ными серыми глазами, — если бы не блуждающая улыбка идиота, открывающая кусочки гнилых зубов. Как веселая, ласковая собачка, он всюду ходит за старшей сестрой Аней, и стоит сказать, что жених скоро возьмет Аню, начи- нает плакать и картаво выкрикивать: — Камнем зениха! Камнем зениха! Этим пользуются, чтобы поддразнить Митю, младшие сестры. Заслышав гул дровяной машины, они кричат, что едет жених, и Митя с воплем мчится к дороге, останавли- вается как вкопанный у обочины и встречает машину во- просительно-пугливым взглядом. Но не только с целью поддразнить Митю говорится на кордоне о женихе. С ним Кандыбин и Ульяна связывают свои надежды на благоденствие, которое должно наступить для семьи, когда все дочери повырастут и повыходят замуж. — Скоро ли вас зятья разберут, лешачих окаянных! — кричит на них Кандыбин. И все-таки, как ни трудно ему пестовать свою ораву, все дети сыты, одеты, обуты и учатся, кому пришел срок, в бли- жайшем селе, живя там на постое с осени до весны. Летом вся семья, точно пчелиный рой, пребывает в ка- кой-то жизнерадостной трудовой суете. Дочери собирают ягоду, грибы. Ульяна ходит за скотиной. Кандыбин объез- жает лес, ловит в озере рыбу, косит траву. Но мшистые леса почти не дают сена, на тощем песчанике вокруг кор- дона родится только картошка, а я слышал однажды, как Кандыбин говорил Ульяне: — Ннчего, мать, перезимуем. А станет туго, свалю лося. — Полно уж болтать-то зря, — сердито отозвалась Уль- яна. — Вон человек посторонний слышит. Что про тебя подумает? А Кандыбин подмигнул мне и сказал: — В лесу не убудет. З а окнами в это время играло озеро, пуская по потолку сторожки дрожащие блики, и от этого сторожка казалась прибранной к какому-то празднику. З а обедом все сидели тихо, с добрыми улыбками, и слова лесника прозвучали тогда особенно неприятно. — А что, Федя, — спросил я его, когда мы вышли пос- ле обеда на крыльцо, — убивал ты лося? — Лося? — щурясь на озеро, переспросил он. — Нет, не приходилось. — Ты не бойся, я ведь никому не скажу. 210