b000002123

К медали представили, слыхал, наверно? Теперь, говорит, пятьдесят центнеров сниму... Да... Старик вдруг замолчал — к костру подходила Даша . Пошел мелкий дождь. Тучи спустились ниже. Неподалеку от нас на картофельных полях зажглось еще несколько костров: колхозники вышли в поле выбирать картошку. — Загодились, — сказал старик. — Давно б пора уп- равиться. Вот-вот заморозки ударят, а из мерзлой земли — уж не картошка. — Да, — подтвердила Даша . — Пропадет у них кар- тошка. — Сходить бы, что ли, с ведерочком к колхозникам, картошечки взять да испечь...— неуверенно сказал ста- рик. — Ровно дитя малое ты, дед, — улыбнулась Д аш а и, взяв ведро, ушла. — Ну, а дальше? — спросил я старика. Старик помрачнел. — Что дальше? Вспоминать не хочется, — махнул он рукой, но все-таки продолжал свой рассказ: — Прожили мы войну, вышел ей конец. Всем радость, а у нас самая беда и случилась. Пришло письмо из госпиталя от Илю- ши. Лелсу, мол, третий месяц раненный в грудь. Где тот госпиталь — неизвестно. Номер полевой почты есть и все тут. А Д арья одно заладила: поеду да поеду. Поехала. Из Москвы прислала мне письмо: разыскала госпиталь. В Молдавии находится. Посмотрел я в клубе на карту. Да- леко, на самой границе. Ну, приходит она в тот госпиталь. Находит своего Илью. Врачи да профессора его там лечат. Уход и все такое. А она им говорит: «Не будет тут такого ухода, как от жены». И что ты думаешь — привезла его к нам в колхоз. Уж как она его выхаживала, как берегла! Ночей, бывало, не спит. Д а уж, видно, не жилец он был на этом свете. Легкие, сказывают, в нем сгорели. Помер прошлой весн^й. Д аш а вскоре вернулась с пустым ведром. — Аль поскупились? — удивленно спросил старик. Она деловито сказала: — Надо взягь лошадей да помочь колхозникам этот клин выпахать. — Как так помочь? — сердито возразил старнк. — Ка- кая нам надобность лошадей на чужом поле мучить? — Ннчего, а то застоялись, — спокойно сказала Даша и стала раскидывать костер. 9