b000002123

«Возьми к себе кра янца1»,— говорит Головатый (моего вожака Головатым звали). Хозяин только рукой махнул. «Не надо! И х т у т до черта шляется». «Все же...— просит Головатый.— Хоть на ночь». «Ты кто?» — пытает у меня хозяин. «Федчук». «Федчуков много. По ярозвищу как?» «Криводышлый». К ак сказал я это, хозяин даже подскакнул. «Да я ж ,— говорит,— из-за гвоего батьки в Канаду тикал, язви его в душу! Помнишь, побил я твоего батька, а меня за это судить хотели?» «Никак,— говорю,— не помню». «Ну добре! Садись кушать биб. Он у меня дармовой. Горилка за гроши, а биб дармовой. Но сегодня для тебя и горилка дармовая. Пей!» Посадил он меня за стол, поит, кормит, а сам все про ридно село пытает. Д аж е заплакал , как сказал я, что вербу и криницы грозой побило... Потом повел меня спать. На- верху у него вроде нашего общежития было, только спали по двое в одной койке. Лег и я с кем-то, утром вскинул- ся — тьфу! Лежит со мной кто-то серый, ледащий, изо рта дух нехороший прет. Хотел я потихоньку встать, а он тоже проснулся, взял с тумбочки пачку газеток, сует мне: «Купи». «Эх,— говорю,— Добрый человек! Откуда ж у меня гро- ши на твою газету?» «А ты кто,— пытает,— такой, что у тебя грошей нема?» «За ними,— говорю,— и приехал с Буковины». Сосед мой только посмеялся. «Я,— говорит,— здесь уж двадцать лет пропадаю, ни* чего доброго не бачил. Вот сейчас газетами кое-как пере- биваюсь. А сам я, между прочим, тоже с Буковины, с села Лашкивки». «Да ты,— говорю,— мой краянец. У меня жинка с Лашкивки». «А как ее звать?» «Санда Тодоровна». «Сорохан?» «Она». Как кинется на меня тот человек и ну целовать и ну плакать... Я думал, порченный какой, толкнул его, а сн и говорит: 1 К р а я н е ц — земляк (укр.), 118