b000002123

Илья поплевал на палец и потер им белые волдыри на ногах. — Зудит, — пожаловался он через несколько шагов. — Горе ты мое, — вздохнула Нюшка. — Смотри, какая пичуга порхает. Впереди со стебля на стебель перелетала рыженькая, с кривым клювом птичка. Смелая и любопытная, она ко- силась на детей выпуклым, как бусинка, глазом и тоненько поиискивала: «Чуть свет, чуть свет, чуть свет...» — Щас я ее словлю, — сказал Илья. Он побежал, растопыривая локти, как цыпленок свои куцые крылья, Нюшка бросилась за ним и, хлопая в ладо- ши, закричала: — А я тебя словлю! А я тебя словлю! С визгом, хохотом, криком ворвались они в лес и разом присмирели. Есть величавая торжественность в спокойном пробуждении леса. Между медно-розовыми стволами со- сен, покачиваясь, лежат толстые пласты тумана, проши- тые косыми лучами солнца. Еще непроницаемо-густа тень еловых лап, которая, кажется, хранит от человеческого глаза какую-хо тайну; к лицу и рукам липнет гнилой хо- лодок нехоженых лесных недр; и трепет осин заставляет испуганно вздрогнуть, как внезапное хлопанье крыльез большой птицы, вылетевшей из-под ноги... Дети быстро шли, стараясь ничего не видеть и не слы- шать вокруг. Приземистый, коротконогий и головастый Илья из последних сил поспевал за легонькой Нюшкой, но не решался ни отстать, ни попросить передышки. — Уф, — сказала Нюшка, когда они выбежали на свет- лую просеку. — Ни за что бы не пошла этим лесом ночью. Беда, какой страшенный... — А я бы за настоящий моторет пошел, — сказал Илья. — Какой моторет? — Ну, какой у нашего бригадира. — Мотоцикл!— догадалась Июшка. — Д а тебе с ним и не сладить. — Уж и не сладить! — обиделся Илья. — Я бедовый. Хочешь, на березу залезу? — Аууу!.. ууу!.. — послышалось вдруг за кустами ореш- ника, и в его зелени замелькали разноцветные платки. Это перекликались бабы из соседнего колхоза имени Артема. Нюшка тотчас присела у пня и быстро-быстро обе- ими руками стала обирать твердую, еще чуть зеленоватую ягоду. На дно корзинки просыпалась первая горсть. Боясь, 103