b000002122

лась в щель, а мы сидим, в мисках скребём. Отец говорит: «Это, знай, как всегда, учебная. Давай, Илюха, дверь на ключ, а то не ровен час уличком придет, загонит в щель». И вдруг шибануло где-то в отдале­ нии эдак громовито, а потом ближе, да ещё раз, да ещё... Тут у нас стёкла—вон, и меня по голове чем-то урвало. С непривычки я созна­ ния лишился на короткий миг, а очнулся —не верю, что жив. Фасад­ ная стена начисто снесена, и всю нашу жизнь в разрезе с улицы видно. Театр! — Бывает же так! — восхищённо сказал невысокий вертлявый человек в очках. Поджав загипсованную ногу, он суетливо попры­ гал на своих костылях и быстрым движением обеих рук подбрасы­ вал очки, съезжавшие ему на кончик носа. Парень выплюнул изжёванную папиросу. Смех так и распи­ рал его. — Бывает. Можете сходить на Вторую Заречную и посмот­ реть на этот театр. Декорации немного попорчены, зато бес­ платно. Эх, Санька! — хлопнул он себя по коленям.— Чуть-чуть не пришлось зарывать тебя в земной шар! — И, уже не сдержи­ ваясь, захохотал весело, раскатисто, сверкая золотым зубом. Человек в очках, по-сорочьи вертясь и кланяясь, допрыгал до качалки, в которой глубоко сидела красивая женщина с удлинён­ ными к вискам глазами. — Вот ведь дождались! — возбуждённо заговорил он.— Это непостижимо! В нашем захолустье — и вдруг такие события! Никогда не предполагал! — Не понимаю, чему вы рады,— поморщилась женщина и, поправив на коленях разошедшиеся полы халата, откинула голову на спинку качалки. — Я не радуюсь, помилуйте! — обиделся человек на косты­ лях.— Я просто сказал, что с трудом могу представить наш го­ род... ну-у, так сказать, в водовороте... и тому подобное. Если хотите, я даже горжусь... Правда, уж лучше бы всё произошло не в такой драматической форме, но тем не менее. — Всё вы воспринимаете как-то навыворот,— рассердилась женщина.— Видели тяжелораненых? Хотя бы эту женщину с раз­ давленной грудью? К ней сегодня приходили дети — два мальчи­ ка. Одному лет четырнадцать, другому не больше трёх. Я видела, как эта кроха просила няню передать матери подарок пачку станиолевых обёрток от конфет... Её уже перевели в изолятор. Резким движением поднявшись на ноги, она быстро пошла по хрустящему гравию дорожки, держа стиснутые кулаки в кар­ манах халата. Широко раскачивалась качалка. Человек на кос­ тылях придержал ее рукой, потом снял очки и, протирая их, негромко сказал вслед уходящей женщине: —Да, да, конечно... Мария Николаевна.