b000002122

Об Илье Нюшка вспомнила, когда поезд ушёл и на станции опять водворилась знойная июньская тишина. Расходились тор ­ говки, приводя в порядок своё разорённое набегом пассажиров хозяйство. Илья сидел всё под той ж е запретительной таблич­ кой. Он не двинулся с места, но бурачок его был наполовину пуст, а в кулаке он сжимал мокрый комок рублей и трёшниц. — Хорошо покупали! — сказала Нюшка, ещё полная пережи­ того возбуждения.—Через три часа опять будет поезд. Останемся ? Илья, хмурясь, подумал, заглянул в Нюшкину корзинку и сказал: —Хлеб-то весь съели... Купишь мне бутерброд с селёдкой ? —Вот горе-то!—тяжело вздохнула Нюшка.—Ладно уж, идём. В станционном буфете они подошли к застеклённой витрине, хранившей следы мокрой тряпки. Илья прочно остановил свой вы­ бор на бутерброде с селёдкой, а Нюшка предпочла сухую, смор­ щенную сосиску. С приходом следующего поезда всё на маленькой станции повторилось в точности. Бурный прилив оживления быстро сме­ нился мёртвой тишиной. По платформе, подбирая крошки, р а з ­ брелись куры, зашагал сонный милиционер, и стало слышно, как у начальника вокзала нежно журчит телефон. Нюшка завязала деньги в платок, повесила его под кофтой на шею, и дети, миновав скучные пакгаузы, пошли по дороге к дому. Речку они переехали уже на закате. Теперь она была спокойна, тускла, словно бутылочное стекло, и пахла тиной. Внизу, уводы, было холодно. Из сырых пойменных лугов поднимался туман. — Пойдём, Нюшенька, большой дорогой. Страшно на тропе- то,— попросил Илья. Нюшка и сама боялась сумрачной лесной тропы, но, когда они поднялись на крутояр и в лицо им пахнуло тёплым воздухом сосно­ вых холмов, страхи исчезли, и она решительно свернула на тропу. —Нюшенька, я боюсь,— захныкал Илья, как только лес закрыл от них бледное вечернее небо. Нюшка тоже вздрогнула. Не сговариваясь, они побежали впе­ рёд, боясь увидеть или услышать что-нибудь страшное. —Мамынька! — взревел вдруг Илья, которому показалось, что кто-то вот-вот схватит его сзади. Нюшка обернулась, поймала его за руку и помчалась ещё быс­ трее, приговаривая: —Бежи, Илюшка, бежи!Тут близко... Не остановились они и на лугу, а прямо через огород и двор ворвались в избу, перепугав мать, доившую во дворе корову.