b000002121

ливал его на все лады. Он охлопывал его круп, трепал по шее, процеживал сквозь паль­ цы давно не стриженную гриву и, наконец, дал прихватить губами свое ухо. —■ Ко мне? — спросил Коркин, ступая на крыльцо. — Ну, председатель, давай, что ли, рядить­ ся?—развязно говорил Венька, идя вслед за ним по темному коридору.—Слышал, телятник тебе надо строить. Коль сойдемся в цене—вот он я. Коркин открыл ключом дверь, и все трое вошли в маленький, загроможденный контор­ ского вида мебелью и сплошь заваленный по­ чатками кукурузы кабинет. Не пучки пшеницы, ржи или ячменя, а именно эти восковато-жел- тые початки, как знамение времени, лежали на столах, подоконниках и в углах председатель­ ского кабинета. «Не даст»,—подумал Евсей Данилыч, сму­ щенный столь деловой обстановкой, и сел в стороне, решив подождать, когда уйдет Вень­ ка. — Слушаю, — сказал Коркин. — Так будем рядиться, Григорий Ивано­ вич?—спросил Венька.—А то перебьют у тебя мою бригаду устюжские, будешь тогда локти кусать. По рукам, что ли? Венька, как в конном ряду, выставил из-под полы пиджака руку и задорно сверкнул на председателя своими угольными глазами. — Двадцать тысяч дашь? Евсей Данилыч восхищенно крякнул. Умеет же этот Дикарь обстряпывать дела... Эх, ему бы, Евсею Данилычу, такую хватку! 87