b000002121

—• На, милый-человек, червонец, пользуйся... Я, между прочим, домой перебираюсь, в дерев­ ню, насовсем. —-Сейчас многих посылают, — сочувственно' отозвался шофер. •— Посылают!—обиделся Степан. — Я, ми­ лый человек, добровольно. Потому имею на это причины. Он встал на подножку грузовика, намере­ ваясь поведать шоферу о причинах, побудив­ ших его вернуться в деревню, но тот уже вклю­ чил мотор и, давая газ, двусмысленно пожелал Степану: — Смотри, не сорвись... Машина умчалась по шоссе, а Степан и Антонина свернули на широкую луговую тропу, ведущую к реке. Там им пришлось долго’ ждать перевозчика. Пойму уже накрывали влажные осенние сумерки. Они приходили без теней, без красок—монотонно-серые, мутные,— словно рождались из темной воды реки и по­ степенно поднимались все выше и выше, к не­ бу, которое долго еще оставалось светлым. Пойма была по-осеннему нема, лишь неотчет­ ливая музыка доносилась с противоположного берега, где на взгорье, сквозь поредевшие ку­ сты виднелась-крыша дома отдыха. — Се-о-ом-ка-а!—который раз взывал Сте­ пан охрипшим голосом и начинал нетерпеливо шагать вдоль берега по хрустящему песку, ко­ торый в сумерках казался зеленоватым. — Не иначе—в дом отдыха закатился, стер­ вец,—ворчал он. —•Теперь не жди его раньше ночи, когда заводские со смены пойдут, уж это определенно. 74