b000002121

питьевым баком, и горло ему щекотала жалость к себе, такому заброшенному и необо- гретому. Стало темнеть. Водянисто-зеленые сумерки придавали окружающим предметам холодный, мертвый оттенок, а цинковый бак зловеще по­ сверкивал тусклыми бликами. «Неужели ночевать здесь?» — с тоской по­ думал Груздев. Но в это время зави зж ал дверной блок, в зал, шурша заскорузлым плащом, протисну­ лась безликая фигура, и окающий голос спро­ сил: — Который тут товарищ из редакции? Груздев откликнулся. На перроне он разгля­ дел своего провожатого. Это был, как показа­ лось ему, разбойного вида детина, небритый, жгуче сверкавший из-за капюшона плаща чер­ ными глазами. В руке он сжимал толстенное кнутовище и, как только подошел к лошади, так сразу же обругал ее за что-то змеем, дра­ коном и недоноском Не ж елая показать вознице, что он скис, Груздев бодро сказал: — Лош адка — это по мне. На лошадке я люблю. •— Оно, конечно, если торопиться некуда, да в сухую погоду, — мрачно согласился возница. Он вытащил из телеги второй плащ и кинул его Груздеву. — Наденьте вот это, мокро будет в лесу. Завернувшись в холодный, твёрдый, как лист железа, брезент, Груздев неумело полез в те­ легу, навалившись на нее животом, а потом уже закинув ноги. 26