b000002121

— Вставай, трутень, вставай! Все бы он спал да дремал. Скоро в школу пойдет—со стыда за малого изведешься, какой, право, сонной. Недалеко от того места, где они собирали ягоды, через просеку проходила изрезанная рубчатыми шинами дорога, ведущая к перево­ зу и дальше—к станции. Незащищенная от прямого солнца, дорожная пыль была горяча и суха. Она фонтанчиками пыхала между паль­ цами, и это развлекало детей до самого пере­ воза. Река встретила их игривым полуденным плеском. С крутояра она казалась густосиней с зеркальными блестками по гребешкам мел­ ких волн. Перевозчик Зосима Павлович сидел у своей землянки и наваривал веревочку, захлестнув ее за шило, воткнутое в край стола. Тут же, на столе, лежал дырявый валенок, который Зосима Павлович, очевидно, собирался чинить. Он и зимой и летом ходил в валенках, потому что у него стыли ноги. — А, ягодники пришли,—сказал он, увидев детей. —•Рупь-то есть ли за перевоз? — Нету, Зосима Палыч,—бойко ответила Нюшка. — Мы тебе на обратном пути запла­ тим, не сомневайся. —•То-то, что нету. Ждите оказии. Не стану я попусту паром гонять. Он опять принялся мусолить куском сапа свою веревочку, а дети сели чуть поодаль на траву и следили за его занятием. — А ежели я сам речку переплыву с меня тоже рубль?—поинтересовался Илья. 120