b000002101

ВВЕДЕНИЕ. Значительную трудность в изучении русского народного искусства представляет сколько-нибудь точное определение материала, составляющего предмет изучения. Каковы памят- ники, которые следует отнести в нашу область, и что отсюда следует удалить? Если мы обратимся к обычаям нашей не- большой литературы о народном искусстве, то мы не найдем там никаких установившихся на этот счет точек зрения; более того как будто бы возможность каких-либо точек зрения на этот предмет вовсе не была во внимании писавших о народном искусстве. Происходит это оттого, что понятие „народного" искусства не подвергалось' какому-либо анализу, а принима- лось как что-то само собою разумеющееся, „понятное", тре- Ьующее, в крайнем случае, не вскрытия своей природы а лишь поверхностной характеристики с приведением образ- цов искусства в качестве иллюстрации. Мы полагаем, что можно указать те принципы, кото- рые помогут нам вскрыть природу „народного" русского искусства до рассмотрения его памятников, т.-е. эти прин- ципы явятся руководителями- в отмежевании границ подле- жащего рассмотрению материала (насколько, конечно, это вообще возможно во всякой науке о человеке). Нет сомнения, что всякое художественное произведение даже исключительное по своему характеру и принадлежащее исключительному гению, может оказаться в той или иной мере „народным", обусловливаясь средой, эпохой, социальными условиями и т. д. Очевидно, под словами „народное искус- ство" разумеют что-то иное, что выражалось в нашей лите- тературе нередко, как „простонародное". Этот термин верен в том смысле, что в нем можно мы- слить противоположение „простого" чему-то „сложному". Мы далеки это определение простоты и сложности как-то относить к состоянию сознания „народа" и „не-народа". Далее мы укажем на всю наивность подобной точки зрения. Но мы можем видеть и искать простоту „народного" искусства не 7