b000002099

■ ' ■ __ я тебя, братецъ, позвадь, что бы ты слугу своего вразумилъ Ужъ это нн на что не похоже у меня твое дЬло, а этотъ негодяй ко мнѣ со счеточъ лѣзетъ Ахъ, Я бЬжалт. бы изъ этого дома, Нѣту простора поэту у насъ' — Баринъ, повѣсіка: къ судъѣ мировому Завтра пожалуйте въ часъ. Спички хорошія, епички! Солнце грѣетъ весеннимъ лучемъ, Распѣваютъ веселыя птички, Звонкш голосъ кричиіъ подъ окномъ: — аВотъ спички, хорошія спички!» Подойди-ка ко мнѣ, паренекъ' Что, не ладно товаръ раскупается' — «Вогъ съ утра сбылъ одинъ коробокъ, А продать и десятокъ случается» — «Надо, братецъ, толков Ьй кричать, Да іоваредъ дицомъ показать. Ну, постои — я тебя паучу, Тонкимъ голосомъ самъ закричу: Вотъ спички горючія. Не сЬрныя, не вонючія! Слушай дальше теперь, да смѣкай — Нѣтъ усовъ, такъ хоть на носъ мотай! Тьма великая стала кругомъ, Мракт. по старому что-то сгущается, Что должно было бъ ев ІіТлымъ огнемъ Заблесіѣть, то едва загорается .. Воть спички горючія, Пе сірныя, не вонючія! Правда, вился бы легкій дымокъ, Свѣтъ бы лился широкой волною, Да угасъ не одинъ огонекъ, Сразу залитый грязной водою .. Вотъ спички горючія. Не сі,рныя, не вонючія! Господа! Въ сердцѣ пламя зажечь Вамъ давно уже время велЬло, Знаю я, — горяча ваша рѣчь, НЬтъ огня лишь на дѣло, на д-Ьло! Вотъ спички горючія, Не СІ50НЫЯ, не вонючія! Три огня зажигайте! Любой ' Засіяетъ во тьмЬ намъ грозящей: Первый — свѣтлой любвп, настоящей Къ нашей родинЬ глухонімой. . Вотъ спички горючія, Не сѣрныя, не вонючія! А второй — молчаливаго дѣла, Третій — твердости, силы такой, Чтобъ гнилая вода зашиііѣла. Но залить не могла бы собой! Вотъ спички горючія, Не сѣрныя, не вонючія! Ну, ступай, паренекъ, продавай, Пой, какъ эти весеншя птички! И ужъ смѣло теперь запѣвай Эгу пѣсніо про старыя спички. Вотъ спички горючія, Хорошія, не вонючія! Ромлньт Во всѣхт, этихъ выдержкахъ еще замѣтно вліяніе бо-хъ годовъ. но затѣмъ это вліяніе по- нижается, и журпалъ (вцрочемъ, какъ и всѣ остальные) уже начинаетъ острить па темы, возбуждающія неблагородный смѣхъ. П ѣ е н Я. я влюбился сильно въ Грушу, Сталъ не милъ мнѣ бѣлый свѣіъ! За нее отдалъ бы душу — «Я — твоя!» она въ отвѣтъ, Счастливъ былъ я, только вскорѣ Лучъ затмился золотой. . Унеси ты мое горе, Быстра рѣченька, съ собой! Сладко-горькій вопроеъ. Намъ Смолеаскъ даетъ конфетки, Вязьма — пряники даетъ, ~ Кіевъ — потчуетъ вареньемъ. Калачи — Москва печетъ. Не живется ли намъ сладко' И мечталъ я, господа: Гдѣ на западѣ найдете Вы такіе города?.. Да! Конфетки и варенья Быть у насъ еще должны... Это все плоды, повѣрьте. Нашей милой старины!. Но однажды, мой пріятель, Разсердившись, заоралъ: Я бы всѣ конфекты ваши На машины промѣнялъ! Оскорбясь такой замѣткой, Я стоялъ, какъ идіотъ, Но, однако, же отвѣтилъ: Нѣтъ, братъ, ты не патріотъ! Романычг. Въ погонѣ за теплымъ мѣстом-ь