b000002047

55 Души тоскующей отрада, Тамъ упованье въ тишинѣ Съ смиренной вѣрой обитаетъ... Бесѣдз''я съ оставленной душой, О вѣра, ты стоишь у двери гробовой! Ты ночь могильную ей тихо освѣщаешь И, ободренную, съ надеждой отпускаешь. На 33 году жизни религіозное чувство охваты- ваетъ поэта еще глубже и сильнѣе. Въ трудныя минуты жизни (а онѣ бывали у него очень часто) онъ находилъ успокоеніе и утѣшеніе въ чтеніи Св. Писанія, въ заучиваніи текстовъ и молитвъ, наиболѣе исполненныхъ высокой поэзіи. Такое за- нятіе имѣло вліяніе и на творчество его. Съ этого вре- мени религіозное настроеніе уже въ болѣе сильной сте- пени проявляется въ литературной дѣятельности поэта. Что глубоко въ душѣ его лежало, то позлее и взошло. Идетъцѣлыйрядъглубокихъдуховныхъстихотвореній, который завершается переложеніемъ всѣмъ пзвѣстной великопостной молитвы Ефрема Сирина, написаннымъ 22 іюля 1836 г., ровно за полгода до смерти поэта: Отцы, пустынники и жены непорочны, Чтобъ сердцемъ возлетать во области заочны, Чтобъ укрѣплять его средь дольнихъ бурь и битвъ, Сложили мнояхсство божественныхъ молитвъ; Но ни одна изъ нихъ меня не умиляетъ, Какъ та, которую священникъ повторяетъ Во дни печальные великаго поста; Всѣхъ чаще мнѣ она приходитъ на з^ста — И падшаго свѣліитъ невѣдомою силою: „Владыко дней моихъ! духъ праздности унылой, Любоначалія, змѣи сокрытой сей^ И празднословія не дай душЬ моей;