b000002016

— 42 — Крестьянское хозяйство въ разсматриваемой мѣстности за по- слѣднія двадцать лѣтъ замѣтно упало. Причины этого факта кроются, съ одной стороны, въ болѣе благопріятныхъ условіяхъ для крестьян- скаго земледѣлія, существовавшихъ здѣсь въ дореформенное время (при отведеніи надѣловъ значительная часть земли, находившейся въ фактическомъ владѣніи крестьянъ, была отрѣзана отъ нихъ), съ дру- гой — въ широкомъ развитіи здѣсь послѣ воли отхожихъ промысловъ. Въ 1881 году было выдано изъ Спасскаго волостнаго правленія 1262 паспорта, изъ которыхъ 57 годовыхъ, 534 полугодовыхъ и 671 3-мѣсячныхъ и мѣсячныхъ. Барщина во всѣхъ этихъ общинахъ нарушилась уже слишкомъ сто лѣтъ назадъ, и крестьяне были до 1861 года лишь на легкомъ оброкѣ. Управлялись они тогда бур- мистрами, которыхъ выбирали сами, утверлідала же домовая контора въ Москвѣ, а потомъ самъ князь. Бурмистры (ихъ было обыкновенно двое, а иногда и трое) строго слѣдили за хозяіствомъ ісрестьянъ и вообще за всей ихъ жизнью. „Это былъ не бурмистръ, а, одно ска- зать, весь князь" — характеризуютъ крестьяне своихъ прежнихъ упра- вителей. „Ежели онъ теперь замѣчалъ, кто, къ примѣру сказать, пьетъ, али вообще слабо себя держитъ, хозяйство упускаетъ, раче- нія къ нему не имѣетъ, — нризоветъ онъ его, поводитъ вокругъ себя, корову-то послѣднюю у него не возьметъ, сарая за недоимку не про- дастъ, а сдѣлаетъ надлежащее внушеніе или къ общему голосу на міръ обратится, чтобы тотъ наказалъ его... Смотришь, мужикъ и жи- тель сталъ: и хозяйство поправилъ, и скотину завелъ". Регламентація проникала тогда всѣ сферы крестьянской жизни. Отъ бурмистровъ часто назначался для плотниковъ сгароста, кото- рый при разсчетѣ получалъ за нихъ деньги, давалъ имъ что нужно „на топоръ и баню", а остальное отсыдалъ домой на оброки и хо- зяйство. Семейные раздѣлы строго нреслѣдовались. Три брата безусловно должны были жить вмѣстѣ. Четыре брата могли раздѣлиться лишь съ разрѣшенія домовой конторы. Пятеро братьевъ имѣли право на раздѣлъ. При такихъ поистинѣ крѣпостныхъ условіяхъ развивалось здѣш- нее крестьянство до 1861 года. Естественно, что, получивъ сво- боду, крестьяне ударились въ крайность и не съумѣли первое вре- мя надлежащимъ образомъ оріентироваться въ совершенно новыхъ для нихъ условіяхъ жизни. „Слабая жизнь пошла" — жалуются ста- рики. А отъ слабой жизни и хозяйство расшаталось. Уходя на