Углицкая провинция 97 , ЗАКЛЮЧЕНИЕ. РЕАКЦИЯ. Преобразователь умер в начале 1725 г., но провинция продолжала жить заведенной при нем мундирно-ёвропейской жизнью и< даже продолжала все больше и больше „преобразовываться". Рентмейстеры принимали деньги, камериры и комиссары энергично собирали их; полки прочно основывались на вечных квартирах: строили полковые дворы, конюшни, казармы,- строилипо-русски, „хозяйственным способом", изнуряя окрестных мужиков на работе и кладя себе в карман казенные дегіьги. Все шло как в. заведенной машине, и никто не предчувствовал близости самых решительных перемен. Но вот с конца 1725 года пошли какие-то неясные слухи о том, что скоро все будет по-старому, как было до Петра. Офицеры, отпущенные из полков к себе на родину для приведения в порядок хозяйственных дел, привозили в Углич свежие новости из Москвы и Петербурга. Рассказывали, что сенаторывсех хотят „отменить": не будет ни рентмейстеров, ни камериров, ни асессоров. Будет по старомуодин воевода править делами*}. Когдаугди- ') В декабре 1725 года Апраксин и Меньшиков выступили в сенате против провинциальной администрации. Вот, что говорил Апраксин: „Кажется, крестьянству ничто так не чувственно, как разные им команды, а ни одного опекуна такого или подобного тому, как прежде бывали воеводы, нет. Но в единой проУгліщкая провинция. ' 7
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4