чих-социалистов» и программы для рабочих кружков принадлеисат исключительно Федосееву. В. В. Кривошея, чтобы устранить обвинение против Н. Е. ів составлении прокламации, решил пожертвовать собой и признать, что прокламация составлена, отпечатана и распространена в Орехово-Зуеве им. После этого признания Кривошеи один из пунктов обвинения против Н Е. отпал, остались только его поездка в Орехово и составленная им рукопись Чтобы устранить и эти пункты обвинения и вообще выгородить Н. Е. из всего дела, Н Л. Сергиевский и М. Г. Гопфенгауз разработали план доказать, что Федосеев только за день-два до поездки в Орехово-Зуево познакомился с Кривошеей и что он поэтому не мог быть инспираторомсношенийКривошеи с ореховскими рабочими. Не зная этого плана и не зная признания Кривошеи в составлении последним прокламации, Н. Е. определил свой план самозащиты и для того, чтобы устранить от- себя обвинение в составлении прокламации, поторопился признать своей рукопись, состаівленнзжэ им для ореховских кружковцев и отобранную жандармами при обыске у одного из рабочих Сопоставляя рукопись с прокламацией, Н Е старался доказать разницу взглядов авторов и таким путем отстранить от себя и обвинение в составлении прокламации и обвинение в инспирированиидела «Рукопись, составленная мною, — писал он прокурору владимирского окружного суда, —служитнеоспоримым доказательствомтого, что мне не может быть приписываемо распространение среди кого бы то ни было брошюр и прокламаций, фигурирующих в деле, к которому я привлечен, в качестве вещественных доказательств, потому что убеждения, проводимые в этих брошюрах и прокламациях,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4