/ цим образом: «Еще со времени великого поста 892 г. в среду фабричного населения м. Николь- ^' :кого (Орехово) и с. Зуева неизвестно, собственно, '''^'' )ткуда, но вероятнее всего через московских ра- * )счих и, главным образом, бывшего в то время іисьмоводителем у полицейского надзирателя м. Іикольское Василия Кривошею начали проникать )азличные разговоры и слухи о -возбуждении рабоіего населения против хозяев, правительства и всего вообще существующего порядка вещей; в то же время появилось воззвание под заглавием: «Перзое письмо к голодающим», печатанное в типо- -рафии народовольцев и іпомечеиное «март 892 г.». Эти листовки, явившиеся в немногих экзе^іплярах, за неимением в среде этих рабочих более смелых руководителей, передавались из рук в руки, видимо, без определенной цели, большею частью благодаря лишь небрежному и халатному отношению к могущим быть последствиям, или просто по праздному любопытству и, видимо, медленно достигали своей цели, не находя себе последователей... Но с течением времени на почву, хотя и неподготовленную еще, но подогретую блуждавшими уже рассказами и задевающими любопытство воззваниями, подбавлялись постепенно новые различного рода запрещенного 'содержания издания, то в виде воззваний, то разных брошюр и рукописей, которыми, очевидно, снабжал в достаточном количестве Кривошея». С отъездом Кривошеи из Орехово-Зуева революционная работа там не приостановилась. Оставшиеся товарищи-кружковцы, распропагандированные Кривошеей, энергично продолжали работу, а владимирцам оставалась только идейно поддерживать их и снабжать ноівейшей литературой. Приближение осеннего времени вызвало необходимость усиления революционной работы в Оре- 'е, ие|.т сы [И но ве ое >іл о-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4