по всей России. Махровый черносотенецтого времени Катков в «Московских Ведомостях» с пронией писал по поводу процесса: «Вчера в старом богоспасаемом граде Владимире раздался 101 салютационныйвыстрел в честь показавшегося на Руси рабочего вопроса... Итак, да здравствует ра~ бочий вопрос и права труда!» После этой стачки среди орехово-зуевских рабочих заметно усилилась тяга к самообразованию, к самостоятельному разрешению тех «проклятых вопросов», которые выдвигались на очередь неприглядной рабочей жизнью. Рабочие стали внимательно прислушиваться к критике существующего порядка, стали искать людей, которые указали бы им выход из тяжелого положения, стали читать и обсуждать попадавшие случайно революционные брошюры и листовки. Владимирскийреволюционныйкружок еще с начала 90-х годов обратил внимание на ОреховоЗуево и намеревался повести там пропагандистскую работу среди рабочих, но сделать это было довольно трудно. В рабочем местечке каждый человек был на виду, а полиция особеннотш,ательио следила за тем, чтобы на фабриках не появился кто-либд из числа «подозрительных по неблагонадежности». Правительственныхучреждениеи учрежденийобщественногозначения, куда можно было бы пристроить своего человека и поручить ему в дальнейшем пропагандистскую работу среди рабочих, в Орехово-Зуеве почти не было, если не считать полицейских учреждений и фабричного управления. Поэтому владимирский кружок долго не мог установить связей с орехово-зуевскими рабочими, и только в конце 1891 г. представился удобный случай, давший возможность владимирцам поселить в Орехово-Зуеве сро-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4