60 Долгорукому и того не дали: „или потому" говорить онъ, „что переѣздъ былъ недалекъ, или для „того^ чтобы предвозвѣстить ему некрасную судьбу „въ новомъ состояніи." —Занять было негдѣ; заложить нечего: всѣ вещи давно были въ ломбардѣ. —Но изъ веѣхъ родственниковъ выискались двое: Князь ІОрій Владиміровичъ Долгорукой далъ ему двѣ тысячи рублей взаймы, и тысячу рублей подарилаему тетка его, Княгиня Шаховская. Вотъвъкакомъ положеніи отправился онъ въ Владиміръ. Подъѣхавъ къ гравшцѣ губерніи, гдѣ каменный /'^столбъ съ ч^'^гуннымъ гербомъ означапъ, что кончилась ' Московская губернія, Князь Долгорукой вышедъ изъ . коляски, поклонился до земли своей родинѣ я, по прил мѣру предковъ, взяпъ кусочикъродимой земли въ карманъ. Такъ въѣхалъ онъвъ свою губернііо. „Простите , „мнѣ," говоритъ онъ, „эту романическую выходку. „Вспомните, что я ѣду изъ Москвы, изъ царства ра- ~ „скоши, довольства и свободы!"—Какъ обнаруживается во всемъ, (скажу мимоходомъ,) его непритворный характеръ и человѣкъ, не умѣвшій сладить съ своими наклонностями и привычками!—Грусть о разлукѣ съ Москвою, какъ съ родиной; грусть о разлукѣ съ женою; благочестивое иснолненіе древняго обычая предковъ, и въ то же время суетная дань воспоминанія— роскоши и свободѣ, если не забавамъ столицы!—Эти-то искреннія и безотчетныя чувства, которыя сквозятъ во всемъ у Князя Долгорукаго и которыя изображаютъ во всей наготѣ и отдѣльнаго и общественнаго человѣка, онѣ-то, повторяю, составляютъ и достоинство его стихотвореній: .то достоинство^ въ которомъ не многіе изъ нашихъ поэтовъ могутъ съ нимъсостязаться, хотя бы въ другихъ его и превышали! Принявъ губернію, Князь Долгорукой почелъ сво-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4