226 имуществуютъ описанія и картины мѣстностей, вообще просто и вѣрно спятыхъ съ натуры; но не онѣ составляютъ предметъ поэта, какъ это вводилось у насъ по примѣру Делиля, въ такъ называемой описательной поэзіи: родъ ложный, и логически, какъ часть, принимаемая за цѣпое; и въ отношеніи къ художественности, какъ внѣшность, не облекающая идеи, слѣдовательно какъ холодная Форма. У Князя Долгорукаго описанія или возбуждаются воспоминаніемъ чувства и мысли, или ведутъ къ воспоминаніямъ, и вообще слиты съ ними естественно и нераздѣльно. Къ такимъ стихотвореніямъ причисляю я слѣдующія: Прочулка на Трехъ ъорахъ. Прогулка вг, Савинскомь, Прогулка въ Лусковѣ и Хиоюгта на Рпѣии. О Прогулкѣ 65 Еусковѣ я упомянулъ уже въ біографіи Князя Долгорукаго: это то стихотвореніе, гдѣ онъ, яркими красками, напоминающимиДержавина, изобразилъ роскошь Графа Шереметева. Въ Прогулкѣ на Трехъ горахъ —память о прежней красивости и весепостяхъ этой загородной дачи приводитъ его къ мысли о тлѣнности, о разрушеніи всего, и богатства, и самаго величія, мысли, выраясенной имъ съ тою простотою, которая ему только свойственна. Онъ мало обращалъ вниманія на выборъ терминовъ; но это не мѣшало вѣрности его описаній: онъ изображалъ, чт5 видѣлъ и помнилъ: Въ саду, гдѣ всякой веседился, Гдѣ воздухъ день и ночь курился Бдагоуханьемъ нѣжиыхъ розъ, Гдѣ все дышало восхищеньемъ, Тамъ зрѣлъ я съ нЬкимъ отвращеньсыъ Пустыни мерзость и павозъ. + *
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4