102 „Ябеда,'*говорить Князь Долгорукой, „разливалась, „какъ вода, до души моей! Собравши въ одну точку „всѣ приключенія мои этаго рода, читатель ужевидитъ, „что три тучи разомъ гремѣли надъ моею головоіо- „Мудрено было мнѣ устоять^ и погибель моя была „уже близка!—Худо, сидя на сѣнѣ, ни самомунеѣеть, „ни другимъ не давать!" (Это вамѣчаніе относитсякь Дюнанту). „Тутъ и голодъ и бѣда!" Но, среди всѣхъ неприятностей, Князь Долгорукой не только не забылъ литературы^ но находила,въ ней даже нѣкоторуіо отраду. Самь онь писалъ мало: ему было не до того! По примѣру открытой въ те время въ Петербургѣ державинскойБесѣды любителей россійскаго слова, вздумалось ему учредить у себя маленькое ея подобіе для пользы дѣтей евоихъ: литературные вечера по Вторникамъ. Членовъ было не много; гг. Горяиновъ, Бенеднктовъ, Ёвгеновъ, еажь хозяжнъ, смнъ его Князь Александръ, и два сына Княгини отъ перваго брака: Алексѣй и Фияшшъ Пожарскіе. Бенедиктовъ доставлядъ для чтенія переводы; Ёвгеновъ ФилосоФИческіяразсужденія; Горяиновъ стихи; самъ Князь читалъ то стихи, то свое путешеетвіе въ Одессу. Молодые люди составляли для чтенія извяеченія изъ исторіи, етатистическія опиеанія разныхъ мѣетностей и €іограФІи знаменитыхъ людей. ГГрезидентомъ былъ всякой разъ, по жеребью, одинъ изъ членовъ. Чтенія происходили въ большой залѣ, при постороянихъ посѣтителяхъ обоего пола, которыхъсобиралось иногда не мало. Публикѣ нравилисьэтичтенія. Этотъ тяжелый годь заключаетъ Князь Долгорукой въ свОихъ залискахъ стихомъ Расина: Де сгаіп8 Віеп, тез .'шііз, еі; п'аі роіпі <і'аиіге сгаіиіе. БЬстадъ 1812-й годъ. —„Годъ ужасный вь лѣто-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4