b000001957

увлеченія. Современные спектакли окружали сверхестественной роскошью (поста- новка оперы обходилась иногда свыше пяти тысячъ), порой же облекали какой то таинственностью, сродни священнодѣйствію. Напримѣръ, срепетовка оперъ хранилась въ строгомъ секретѣ, никто изъ постороннихъ на репетиціи не допускался: «Ея Импе- раторское Величество указала ко дню Высочайшаго торжества коронованія Ея Импе- раторскаго Величества (25-го апрѣля) пріуготовить оперу и когда оная сочиняться будетъ, такожъ и впредь ежели, когда оперы будутъ, то во время пробы тѣхъ оперъ, какъ въ оперный домъ, такъ и въ квартиры тѣхъ дѣйствующихъ персонъ, гдѣ они пробы чинить будутъ, кромѣ тѣхъ, находящихся въ дѣйствіи людей и кому неотмѣнно при томъ для исправленія быть надлежитъ, никого иного смотрителей отнынѣ не допускать и о томъ оперистамъ и протчимъ... объявить съ подписками, подъ опасеніемъ штрафа». Насколько извѣстно, подобныя мѣры не примѣнялись въ театрѣ въ самую строгую для театральной дисциплины эпоху, въ царствованіе Императора Николая Павловича... III. Въ то время, какъ оперный домъ строился и въ новомъ, возрожденномъ изъ пепла зданіи, собирались возобновить сценическія представленія, судьба готовила новый сюрпризъ державной покровительницѣ искусствъ. Въ Шляхетномъ кадетскомъ корпусѣ (нынѣ первомъ) существовалъ кружокъ «любителей россійской словесности», гдѣ кадеты, по словамъ современниковъ, читали другъ другу свои сочиненія и куда нерѣдко являлся извѣстный А. П. Сумароковъ съ стихотвореніями и переводами. Весьма естественно, что авторъ драматическихъ произведеній долженъ былъ вну- шить юнымъ со-членамъ (вѣроятно и поклонникамъ) мысль испробовать силы на сценическомъ поприщѣ, сначала въ итальянскихъ интермедіяхъ, а потомъ и на псевдо-русской комедіи, бывшей всегда въ распоряженіи Сумарокова. М.' Н. Лонги- новъ точно устанавливаетъ дату перваго публичнаго кадетскаго спектакля. Это событіе относится не къ 1750 году, какъ утверждаютъ почти всѣ историки, а къ концу 1749 года. Играли трагедію Сумарокова «Хоревъ», причемъ труппа заклю- чалась въ слѣдующихъ лицахъ: Бекетовъ, Свистуновъ, Мелиссино, Остервальдъ, Разумовскій, Бухвостовъ, Рубановскій, Гиршенденъ, Гельмерсенъ, Каницъ и Гохъ. Исполненіе комедіи было настолько хорошее, что 8-го февраля 1750 г. кадеты рискнули повторить спектакль въ новыхъ (переднихъ) покояхъ Зимняго Дворца, гдѣ, взамѣнъ сгорѣвшаго опернаго дома, былъ временно сооруженъ складной театръ. Затѣмъ «Хоревъ» сыграли еще два раза, въ томъ числѣ 30-го мая въ присутствіи 13