b000001934

— 81 — управленія между нѣмецкими племенами, и встрѣчается съ такимъ же точно Быраженіемъ древне-нѣмецкимъ ('). Само собою разумѣется, что при ос- новательномъ изслѣдованіи нашей старины могутъ попадаться и такія по- дробности, которыя изъ Руси могли перейдти на сѣверъ къ нѣмецкимъ пле- менамъ. Во всякомъ случаѣ, столкновеніе нашей старины съ нѣмецкою въ этихъ подробностяхъ чрезвычайно интересно. Такъ напримѣръ, по свидѣ- тельству древняго русскаго стихотворенія, богатырь Добрыня „надѣвалъ на себя шляпу земли Греческой " ; скандинавская сага X или начала XI вѣка повѣствуетъ о томъ^ что Гаконъ «послалъ Гудмунду могучему греческую (русскую) шляпу ^ (^). Сближеніе преданій Несторовыхъ съ древнѣйшими преданіями славянскихъ племенъ и другихъ народовъ западныхъ, необходимо не только для опредѣ- ленія самаго состава нашей лѣтописи, но и для характеристики древнѣйшей русской народности, сохранившейся въ лѣтописныхъ преданіяхъ. Г, Сухом- линовъ, какъ кажется, вполнѣ это чувствовалъ, и рѣшился положить начало такому въ высшей степени интересному изслѣдованію. Онъ сравниваетъ Нестора съ Григоріемъ Турскимъ ( -|- 595), Ламбертомъ ГершФельдскимъ (•{- 1077) и Козьмою Пражскимъ (-1- 1125), но, къ сожалѣнію, касается въ своихъ сравненіяхъ преимущественно историческаго способа изложенія, ка- сается взглядовъ лѣтописцевъ, ихъ убѣжденій, а не самыхъ преданій. Впро- чемъ критика и не въ правѣ требовать отъ автора того , чего покамѣстъ не имѣлъ онъ въ виду. «Сравненіе Нестора съ другими представителями лѣто- писанія въ Европѣ , говоритъ г. Сухомлиновъ (^) , можетъ нѣсколько содѣй- ствовать вѣрному и полному опредѣленію свойствъ самого Нестора, какъ писателя». Если съ этой, болѣе внѣшней точки зрѣнія выборъ трехъ запад- ныхъ лѣтописцевъ могъ частію удовлетворить автора; то съ точки зрѣнія народныхъ, поэтическихъ преданій, занесенныхъ въ нашу лѣтопись, слѣдо- (') Въ договор* Олега съ Греками сказано о послахъ отъ Олега: «и отъ всѣхъ, ѵоісе суть подъ рукою его, свѣтлыхъ бояръ. Лѣт. I, 13. Кириллъ Туровскій говоритъ о грамотѣ, принесенной отъ князя или царя въ городъ „подъ рукою ею сущими." памятники Русс. Словесности XII вЬка стр. 53. Рука въ смыслѣ защиты въ древне-нѣмецкомъ типі или типй, откуда нынѣшнее Уогтипй — опекунъ. Смотр. Ьео, Ѵоі1е8ип§еп ііЬег сііе бексЫсЬіе йез йеиівсііеп Ѵоікев ипй КеісЬз. 1854 г. стр. 178, (^) Древн. Русс. Стих. тр. 346. — МйІІег. За§апЬіЫіоІЬек. 1816 г. стр. 96. — Еще примѣръ. Древне -нѣмецкій обычай давать дѣтямъ имя, въ которомъ звучала бы, для означенія родства, часть имени родителей, встрѣчаемъ и на Руси въ древнѣйшую эпоху. Какъ Зигмундв и Зигелѵнда происшедшіе отъ рода Зти, это родственное имя передаютъ и сыну своему Зигурду или Зпгфргіду ; такъ и Полоцкій Роівольдъ называетъ свою дочь именемъ, въ которомъ звучитъ тоже начало : Рогнеда или Рогиѣдь. (3) Стр. 129 и 130. Ч. П. 6 '