b000001934

•'^віа^ШЖ. — 67 ной литературѣ , какъ и Русская правда или договоръ Смоленскаго князя съ Ригою и Готскимъ берегомъ. Между тЬмъ, независимо отъ письменности могла существовать — а по нѣкоторымъ даннымъ позволяется думать , что дѣйствительно существова- ла — словесность народная, въ пѣсняхЪ; сказкахъ, пословицахъ, миѳи- ческихъ сказаніяхъ и въ цѣломъ рядЁ народныхъ произведеній, состояв- шихъ въ связи съ миѳическими обрядами. Даже въ концѣ XII вѣка простой народъ еще такъ далекъ былъ отъ сочувствія религіознымъ идеямъ, ко- торыми исполнена тогдашняя литература^ что въ самыхъ коренпыхъ осно- вахъ своей жизни, въ быть семейномъ, держался до-христіянской стари- ны. Въ «Церковномъ правилѣ» митрополита Іоанна, между прочимъ, го- ворится о томъ, что простой народъ въ его время игралъ свадьбы но язы- ческимъ преданіямъ, съ плясаніемъ и гудІЬніемъ, полагая, что церковное вѣтанье нуоюно только боярами и князьями (*). Изъ этого, можно ска- зать, оФиціяльнаго свидѣтельства имЬемъ полное право заключить, что семейнаго начала, па твердыхъ основахъ христіянства, должно искать въ XII вѣкѣ не въ.нростомъ пародѣ. Не только еще свѣжи были въ памяти, но и на самомъ дѣлѣ происходили тѣ умыкатя^ или похищенья невѣстъ и сва- дебный игрища, которыя, по свидѣтельству Нестора, были въ обычаяхъ языческихъ племенъ, населявшихъ древнюю, до-христіянскую Русь. Пре- даніе о языческомъ обрядѣ бракосочетанія до послѣдпихъ временъ удержа- лось въ народныхъ пѣсняхъ, по которымъ богатырь вѣнчается съ своею невѣстою кууг^ ракитового куста. И какъ въ послѣдствіи къ языческому обычаю умыканія были присоединены церковные обряды, такъ и предва- рительное вѣнчаніе богатыря сопровождалось настоящимъ. Само собою ра- зумѣется, что за отсутствіемъ церковнаго благословенія, семейная жизнь простаго народа не могла отличаться чистотою нравовъ. То же правило XII вЬка свидѣтельству етъ, что мужъ держалъ по двѣ жены и больше, про- гонялъ одну и бралъ другую (^). Изъ сказапнаго не слѣдуетъ заключать, чтобъ древнѣйшія племена до -исторической эпохи вовсе не имъли нравствен- ныхъ основъ семейной жизни. Писатели римскіе превозносятъ похвалами чистоту нравовъ сѣверпыхъ племенъ. Еще убѣдительнѣе для насъ свидѣ- тельство благочестиваго Нестора о стыденги и кроткихъ обычаяхъ языче- скихъ Полянъ. Но вслѣдъ за Полянами лѣтописецъ говоритъ о другихъ . ■ • .ш С) Макарій, Истор. 2, 211 — 212, 351. Въ этомъ явленш древне-русской жизни нѣкоторые думаютъ видѣть вліяте Византійскихъ обычаевъ, по которымъ рабы вступали въ брачный союзъ безъ цер- ковнаго благословенія. П ІЫа. 2, 212.