b000001934

— 421 — какъ глівная задача, которую поставляютъ для живописи наши подлинники, — подчииеніе всякаго произвола иисапію іі образцам ь. Какъ пластическіе типы Зевса, Аполлона и другихъ греческиѵь божеспгь относятся къ портретпымъ изображеніямъ позднѣйшихъ иіколъ древияі'о вая- нія; такъ и живопись визаптійская и русская къ собственно такъ называемой исторической, состоящей въ связи съ портретною. Въ нашей, восточной шко- лѣ религіозной живописи, дѣйствительно, до позднѣйшаго времени удержа- лось античное начало въ возсозданіи опредѣлепныхъ преданіемъ, идеальныхъ типовъ. Только идеальность и типичность въ живописи византійской, древ- нѣйшей, осложнилась примѣненіемъ къ большему числу изображаемыхъ лицъ; въ живописи же русской типичность, лишенная своей идеальной основы, вмѣ- стѣ съупадкомъ искусства византійскаго болѣе иболѣе теряла свою жизнен- ность, и такъ сказать окоченѣла. Надобно было возстановить, на древнихъ основахъ, древнее изящество типической школы восточной живописи. Чѣмъ стѣснительнѣе границы, которыми подлинникъ опредѣляетъ дѣятель- ность творческой Фантазіи, тѣмъ дороже должно быть для любителя искусствъ эстетическое наиравленіе, въ подлинникъ внесенное, усвоенное религіочному преданію, и тѣмъ самымъ обезпеченное отъ всякой крайности или ложнаго направленія, зависящаго отъ лпчнаго произвола. Но прежде нежели войду въ нѣкоторыя художественный подробностп подлинника ХУНІ вѣка, познакомлю съ самою методою его въ описаніи того, что художникъ долженъ изображать. Составитель подлинника живо чувствовалъ, что никакимъ описаніемъ, сколько бы оно подробно ни было, нельзя воспроизвести въ читателѣ того ітечатлѣнія, какое производитъ самая картина; потому онъ всякое описаніе, и особенно событія многосложпаго, излагаетъ вь видѣ повѣствованія,изъ ко- тораго можно составить не одну, а цѣлый рядъ картинъ, изображающихъ событіе въ его исторической послѣдовательности. Вотъ, напримѣръ, какъ описывается Обрѣтете Животворящаго Креста (подь 6 ч. марта): «Первое — Святая гора и въ ней стоитъ Іуда Жидовинъ- борода подолѣ Захарьины, клобукъ бѣлъ на головѣ, риза киноварь, исподъ лазорь. Занимъ два. одинъ младъ, другой русь Стоятъ передъ царицею Еленою, а съ нею множество народа. Іуда правою рукою указываетъ въ пещеру, въ которой лежатъ кресты. Выкопали три креста воины и понесли ихъ въ городъ. Повыше той горы стоитъ гора же, съ раздольями къ городскимъ вратамъ Идетъ изъ города святитель, какъ Власій, взялъ кресты; и понесли ихъ въ городъ, и йе знаютъ, который крестъ Христовъ. Везутъ мертвую дѣ- "«иикиэноав"»^^"-»-/-- ■