b000001934

— 420 — вописи національные типы изображаемыхъ лицъ, ихъ національные костюмы и прочія околичности, однимъ словомъ, дать ей въ строгомъ смыслѣ харак- теръ историческій. Но намъ хорошо извѣстно, что русскій подлинникъ ограничивается самымъ тѣснымъ кругомъ историческихъ костюмовъ. Всѣ они давно уже доловлены п опредѣлены. ВидоизмЬнять ихъ значило бы идти противъ художественнаго преданія русской старины. Лица также опредѣлены и описаны. Дѣла нѣтъ до того, согласно ли это описаніе съ національными типами въ той мѣрѣ, какъ это понимается теперь, при современной намъ разработкѣ исторіи и этногра- Фіи. Для подлинника важно и необходимо только то, чтобъ изображеніе вѣрно было священному преданію, исторической истинѣ, такъ, какъ она въ предапін излагается и по скольку въ него допущена. Потому-то и называю я идеальною ту истину, которую полагало себѣ задачею наше древнее художество. Эта истина, не доказываемая логически, но постигаемая только вЬрою въ правдивость священныхъ сказаній, не нуж- дается въ характеристической обстановкѣ историческихъ и мёстныхъ подроб- ностей; она допускаетъ въ пихъ всевозможные анахронизмы и ошибки этио- граФическія^ только не тѣ, которыя явно прогиворьчили бы священному пре- данію. Наконецъ этой идеальной истинѣ вовсе не противно было бы, еслибы въ изображеніи всѣхъ священныхъ лицъ господствовалъ типъ даже чисто русскій, какъ въ произведеніяхъ Рафаэля господствуетъ иацюнальный типъ лицъ итальянскихъ, или у Альбрехта Дюрера — лицъ нѣмецкихъ. Нашъ под- линникъ, руководствуясь строго онредьленными типами, не можетъ допускать нн костюмовъ современныхъ, какими украшали свои священныя изображенія мастера западные, ни костюмовъ историческихъ и мѣстныхъ, потому что они противорѣчатъ древне-принятому, типически установившемуся преданію. Что же касается до изображенія самыхъ лицъ, ихъ очертанія и вообще ин- дивидуальной характеристики, то совершенно не естественно было бы пред- полагать, что наши старинные мастера, не имѣя никакихъ оі|редѣленныхъ этнограФическихъ свѣдѣній, могли ставить себѣ задачею каждое изъ свя- щенныхъ лицъ изображать по національному его характеру, |го-есть. Грека съ греческимъ національнымъ типомъ. Еврея съ еврейскимъ, Готѳа съ готѳ- скимъ, и т. д. Собственно историческая живопись, какъ и всякая другая, допускаетъ полную свободу Фантазіи художника. Онъ можетъ вѣрно держаться истори- ческихъ костюмовъ, и вмѣстѣ съ тімъ, по собственному произволу, изобра- зить какое-нибудь священное событіе, дать ему совершенно новый, неожи- данный оборотъ, вовсе не согласный съ предписаніями преданія; между тёмъ