b000001934

— 331 — которые указываютъ современные намъ историки литературы и искусства, воспитанные въ Филологической школѣ братьевъ Гриммовъ и въ эстетиче- ской— Румора, Дидрона, Ріо, Шназе, Комона и другихъ критиковъ, оцѣнив- шихъ по достоинству первобытное христіанское искусство. Подражать наружной красоте сентиментальныхъ идеаловъ Гвидо-Рени, равно какъ и условнымъ, безчувственнымъ воззваиіямъ и напыщенности такъ- называемыхъ классическихъ одъ ХУШ в., было очень легко, — стоило только усвоить себѣ внѣшніе пріемы красиваго стиля^ — по крайней мѣрѣ въ тысячу разъ было легче, чѣмъ, по требованію новой теоріи, возсоздать національные характеры, вызвать ихъ живые, яркіе образы изъ темной старины и изъ не- возмутимо-спокойныхъ, ровныхъ разсказовъ простаго народа, — или же, проникнувшись вѣрованіями и убѣжденіями благочестивыхъ предковъ, усвоить себѣ не очертанія живописи ихъ временъ, тощія и сухія, но войдти глу- боко и искренно во всѣ духовные интересы эпохи, уже отжившей. Состоится ли насамомъ дѣлѣ, то-есть, на практикѣ, это желанное возрож- деніе древне-русскаго искусства, даже возможно ли и естесственно ли это, можетъ-быть, уже насильственное возстановленіе замираюш,ей старины, — вопросы, рѣшеніе которыхъ принадлежитъ будущему. По крайней мѣрѣ, въ отношеніи теоретическомъ, представляется, по поводу этихъ совремеиныхъ вопрооовъ, чрезвычайно много любопытнѣйшихъ данныхъ, завѣщанныхъ намъ русскою стариною. Чѣмъ шире и разнообразнѣе развивалась образованность, тѣмъ необходи- мѣе становилось болѣе рѣзкое разобщеніе между направленіями и областями духовной жизни народа. Напротивъ того , чѣмъ первобытнѣе состояніе лите- ратуры письменной или народной словесности изустной, тѣмъ тѣснѣе сли- ваются въ одно неразрѣшимое цѣлое, и умственные, и нравственные, и худо- жественные, и религіозные интересы народа. Наши древніе Еодлштики , или наставленія для живописцевъ, произошли и составились именно въ ту эпоху народной жизни, когда самая жизнь, бу- дучи ощущаема вся сполна, такъ-сказать, цѣликомъ, еще не была подверг- нута строгому разсудочночу анализу, огдьлившему въ послѣдсгвіи науку отъ поэзіи и поэзію отъ живописи II музыки. Если въ самой дѣйствительности древняя Русь далеко уступала средневѣ- ковому Западу въ этомъ всеобъемлющемъ , цѣльномъ ощущеніи всѣхъ инте- ресовъ духовной жизни; то по крайней мѣрѣ, хотя теоретически, въ идеѣ, все же чувствовалась и у насъ эта живая потребность эпохи — возводить все разнообразіе жизни къ одному высшему единству. Лучшимъ доказательствомъ и этого разъединенія духовныхъ интересовъ