b000001934

— 24-9 — ихъ трапезою, но они сказали: «-мы не пьющіе, и не ядущіе — это вамъ по- велѣлъ Господь пить и ѣсть». И сказавъ это, они исчезли. Послѣ того обѣимъ сестрамъ явился во снѣ животворящій крестъ, да по- ставятъ его въ церкви Архангела Михаила. Такъ онѣ и сдѣлали. Поставили тотъ крестъ въ сказанной церкви, въ Унженскомъ стану, на рѣкѣ Уііжѣ, въ 25-ти попрцщахъ отъ города Мурома. Таково прекрасное сказаніе о двухъ сестрахъ, не уступающее своею на- ивностью лучшимъ новелламъ средневЬковаго запада. Надобно впрочемъ пом- нить, что сказаніе это распространялось и устпо, и письменно, между на- шими предками, не ради его литературной, поэтической занимательности, а по той теплой вѣрѣ, какую питали они къ описываемой въ немъ святынь. Вѣра въ дѣйствительность описываемаго необычайнаго случая не только не мѣшала поэтическому интересу, но даже усиливала его, очищало Фантазію отъ праздной мечтательности и придавала воображенію необыкновенную жи- вость въ представленіи того, что описывается. Точно также вѣруетъ эпиче- скій пѣвецъ въ міръ боговъ и героевъ своихъ простодушныхъ пѣсенъ; съ тою же увѣренностью въ дѣйсгвительность всего Фантастическаго слушаетъ довѣрчивый ребенокъ наивные разсказы своей няньки. Такииъ образомъ^ въ отношеніи поэтическомъ русскія легенды и благочестивыа сказанія вполнѣ соотвѣтствуютъ произведеніямъ эпическаго періода, въ которыхъ, но убѣж- денію народа, господствуютъ не вымыслы, а истина истбрическая, — род- ная старина въ назиданіе потомкамъ, или же чудесное, постигаемое вѣрою. Художественный стиль Муромскаго сказанья о двухъ сестрахъ виденъуже съ перваго взгляда. Оно возникло тогда, когда въ искусствѣ господствовалъ символизмъ и строгая, но наивная симметрія иконописнаго стиля. Героинями являются двѣ женщины — Марія и Марѳа — имена столь зна- комыя и прославленный въизвЬстномъЕвангельскомърасказѣ.Ихъ родствен- ная симпатія наивно проведена черезъ цѣлый рядъ симметрическихъ событій и случаевъ. Обѣ онѣ въ одно и тоже время выходятъзамужъ; въ одно и то- же время лишаются своихъ мужей; въ одно и тоже время задумали одно и тоже, и отъѣзжаютъ въ путь — каждая будучи влекома родственною лю- бовью — побывать у своей сестры. Обѣ видятъ въ туже ночь одинъ и тотъ же сонъ, и наконецъ обѣ одинаково надѣлены отъ Бога высокою благодатью. Эта симметрія, напоминающая строгое размѣщеніе Фигуръ и цѣлыхъ сцепъ въ древне -христіанской живописи, составляетъ^ какъ живая нитка, искус- ственный планъ средневѣковыхъ расказовъ.