b000001934

— 200 — кителями преданія, ж, уклоняясь каждый въ свою сторону, способствуютъ общему перевороту въ исторіи образованности. Писатель подвергается тогда опасности быть осужденнымъ въ кичливости своего ума, въ ереси, въ при- нщаніи кг кншамь отреченныме, какъ говорилось встарину; а худож- никъ, усовершенствуя технику своего искусства, больше начинаетъ заботить- ся о внѣшней ФормЕ, и теряя нити, связывающія его дѣятельность съ пре- даніями иконописнаго подобія^ уже намѣренно л^елаетъ заинтересовать зри- теля, то идеальною красотою, то приближеніемъ къ дѣйствительности, и по- тому, въ томъ и другомъ случаѣ нарушаетъ онъ спокойное созерцаніе вѣру- ющаго благочестія прибавкою своихъ личныхъ соображенш къ произведенію, предназначаемому для всеобщаго чествованія. Такимъ образомъ успѣхи въ исторіи художества больше и больше уклоняютъ его отъ служенія религіи. Икона переходитъ въ картину, и святочтимое изображеніе низводится до портрета. Есть счастливые моменты въ исторіи европейскаго искусства, когда безот- четное вѣрованье окрыляло артистическія силы художника, и когда изяще- ство и правдоподобіе Формы бывало не намѣренною, случайною прикрасою, на- рушающею благочестивое впечатлѣніе, а естественною оболочкою самаго ис- кренняго религіознаго воодушевлешя. Въ произведеніяхъ отъ ХШ и не далѣе XV вЁка можно кое-гдѣ встрѣтить это счастливое сочетаніе художествен- ной Формы и вѣрующаго чувства. Такія произведенія столько же принадле- жатъ исторіи Церкви, сколько составляютъ предиетъ изучепія для худож- ника. Но поднимаясь выше въ старину, къ эпохѣ, когда древне-христіянская^ классическая техника исказилась въ рукахъ средневѣковыхъ варваровъ, мы усмотримь именно то первобытное броженіе литературныхъ^ художествен- ныхъ и религіозныхъ элементовъ, въ которомъ все разнообразіе духовныхъ интересовъ сосредоточивалось въ неразвитомъ чувствѣ паивнаго благоче- стія. Скульптурный и живописныя произведенія этой эпохи не остановятъ на оебѣ вниманія художника, ищущаго красоты очертаніи и правдоподобія^ но глубиною своихъ идей и полнотою религіознаго впечатлѣнія поразятъ мы- слителя, слѣдящаго за историческимъ развитіемъ человѣческаго духа. Бъ отношеніи внѣшн^й Формы, произведенія эти могутъ показаться даже уродливыми, въ родѣ тѣхъ лубошныхъ картинокъ, которыми на базарахъ за- пасаются русскіе мужички. Но если и позднѣйшія лубошныя картинки въ на- стоящее время но достоинству оцѣниваются изслѣдователями русской на- родности; то тѣмъ большаго вниманія заслуживаютъ тѣ древнѣйшіе художе- ственно-религіозные источники^ изученіе которыхъ вводитъ пасъ, такъ ска-