b000001934

^•™ьі<»*«і^- ѵ„*ЧГЛ 101 — былъ Захарія своимъ селомъ — прибавляетъ повѣотвователь — а довольно бы ему было трехъ локтей на могилу, которой никому не миновать, до- вольно бы было единой горсти земли на его безстыдныя очи, по слову про- рока: очи безумнаго на краехъ земли. Когда священникъ съ крестомъ удалился, Захарія радуясь пошелъ на ту отведенную ему землю : но вскорѣ получилъ отмщеніе — присовокупляетъ новѣствоват'ель , — по пророческому слову, обратися болѣзпь его па главу его , и на верхъ его неправда его снидетъ. Только что ступилъ Захарія на землю Св. Богородицы, тотчасъ же возопилъ великимъ голосомъ, — хотѣлъ бѣжать и не могъ: «Горе мнѣ, окаянному — вопилъ онъ — эта земля на мнѣ стоитъ: она меня покрываетъ, она меня погубитъ! Вотъ уже и прахъ этой земли заоыпаетъ мои окаянныя очи » ! Силою привели Захарію домой : но онъ все вопилъ: «о горе мнѣ! эта земля, какъ облако, надо мноювиситъ, и на меня рушится, и прахъ очи мои засыпаетъ, и зло стражду я, окаянный»! Однако никто, кромѣ его самого, ничего не видѣлъ. Тогда сердоболи (то есть, родственники) повели его въ городъ къ архіепи- скопу ТриФону тогда бывшему. Тамъ Захарія приходитъ въ себя, и покаяніе показуетъ. Повѣствователь , умиляясь нередъ чудеспымъ событіемъ, съ наивностью трижды повторяетъ: покаяніе, покаяніе, покаяніе показуетъ. Раскаиваясь, падаетъ Захарія къ ногамъ архіепископа , и, слезами ноги его омывая, восклицаетъ: «согрѣшилъ я, о честный отче ! прости меня!» — и землю ту, уже засѣянную , возвращаетъ. Послѣ того архіепископъ отпра- вляется въ храмъ Св. Богородицы, и, отслуживъ молебенъ, разрѣшаетъ грѣхъ Захаріи и у гроба Св. Леонтія исцѣляетъ его отъ болѣзни. Таково любопытное повѣствованіе, рисуюш;ее передъ нами нравы и обы- чаи эпохи. Основано оно на юридическомъ обычаѣ, принятомъ для развода или размежеванья земель. Размежеванье происходило по совѣсти, и, въ ро- стовской области во имя креста Св. Леонтія, креста, который священникъ обносилъ но межѣ, сопровождаемый тяжущимися и свидѣтелями. Мысль этого обряда, какъ кажется, состояла въ томъ, что ни тяжущіеся, ни сви- дѣтели не дерзнутъ дѣлать ложныхъ показаній, когда дѣло рѣшается при посредствѣ чудотворнаго креста св. угодника. Впрочемъ, это же самое новѣствованіе свидѣтельствуетъ намъ, что, не смотря на безукоризненную чистоту христіянской жизни избранныхъ людей древней Руси — все же большинство нашихъ старинныхъ соотечественниковъ вовсе не отличалось тѣмъ безусловнымъ, предапнымъ вѣрѣ благочеотіемъ, какое хотѣлось бы видѣть нѣкоторьшъ въ излишней своей ревности къ рус- ской старинѣ. Какую, напримѣръ, печальную картину нечестія и святот^іт-'