b000001934

— 96 — нравственной жизни, — въ литературѣ народа, въ которомъ его собственная жизнь служила источникомъ художествениаго вдохновенія, потому что была уже облагорожена тѣми же высокими идеями, на которыхъ основывалось все просвѣщеніе оредневѣковой Европы. Мы разумѣемъ Германію. Когда , съ одной стороны, на основахъ древиихъ сказаній, возникли у Нѣмцевъ поэмы иародііаго содержаиія, а съ другой стороны, развивающаяся обра- зованность вызвала цѣлый рядъ поэтовъ-художниковъ , перелагавшихъ на родной языкъ сказанія чужеземиыя; тогда, вслѣдотвіе вѣковаго взаѵімнаго совершенствованія жизни народной и литературы, почти около того же вре- мени, какъ составилось наше слово Даніила Заточника, въ Германіи явился ЦІ5ЛЫЙ дидактическій эпосъ, сложенный изъ пословицъ, эпосъ народной му- дрости Нѣмцевъ, извѣстный подъ именемъ ВезсШёепШі йе$ РгеЫапк (*). Если, вслѣдствіе иечальпаго разобщенія между народомъ и литературой, безвозвратно погибли для насъ великія сокровища древне-русскихъ народ- ныхъ преданій, сказаній и повѣрій, то по крайней мѣрѣ можемъ себя утѣ- шить тѣмъ, что нросвѣщеніе Россіп иовыхъ временъ послужило, по крайней мѣрѣ , къ теоретическому сближению интересовъ литературныхъ съ жизнію народною. Взоры всѣхъ образованныхъ изслѣдователей русской старины съ пытливымъ ожиданіемъ, съ любовью и надел?дою обращены къ изученію современной жизни простаго народа. И можетъ-быть многое, чего не успѣлъ опъ высказать въ теченіе почти тысячелѣтняго существованія нашей лите- ратуры, и доселѣ еще живетъ тихо и невозмутимо въ его таинственныхъ ніідрахъ. (*) Относится къ первой половинѣ ХШ вѣка. Въ древне-нѣмецкомъ ВевсЬеійепІшіІ значитъ не только скромность и умѣренность, но и вѣоісество, какъ говорили наши предки Что же касается до автора нѣмецкаго эпоса народныхъ пос.іовицъ, то ученые и доселѣ еще окончательно не ре- шили этого вопроса. См. въ журналѣ Сегшаша, 1857 г. .Л.' 2, статью ПфеЙФФера ■ ІІеЬеі Вегпііакі Ргеійапк,