— 863 — замужъ. Аввакумъ заступился за вдовъ. Пашковъ разсердился на Аввакума, „выбидъ" его изъ „дощеника" и велѣлъ идти сухимъ путемъ, по горамъ. „Горе стало! Горы высокія, дебри цепроходимыя: утесъ каменный, яко стѣна стоитъ, и поглядеть—заломя голову. Въ горахъ тѣхъ обрѣтаются змей велише; в нихъ же витаютъ гуси и утицы—періе красное; тамо же вороны черные, а галки сѣрыя, измѣнены при русскихъ птицахъ имѣютъ періе. Тамо же орлы и соколы и кречета и курята индійскія и бабы и лебеди и иные дикіи, —многое множество, —птицы разные. На тѣхъ же горахъ гуляютъ звѣри дикіе: козы и олени, и зубри, и лоси, и кабаны, волки и бараны дикіе: во очію нашу, а взять нельзя". Невозможно было Аввакуму идти по горамъ, и онъ написалъ Пашкову „малое писанейце". Прочитавъ посланіе, Пашковъ велѣлъ привести Еъ нему Аввакума. Прнказаніе было исполнено. Пашковъ стоялъ, дрожа и подпершись шпагою. „Началъ мнѣ говорить: попъ ли ты, али распопъ? И я отвѣш,алъ: азъ есмь Аввакумъ протопопъ; что тебѣ до меня? Онъ же, рыкнувъ, аки дивій звѣрь, и ударилъ меня по ш,окѣ и паки по другой и въ голову еще; и збилъ меня съ ногъ, ухватилъ у слуги своего чеканъ и трижды по спинѣ лежачева зашибъ и, разболокши, по той же спинѣ семьдесятъ два удара кнутомъ. Палачъ біетъ, а я говорю: Господи Ісусе Христе, Сыне Божій, помогай мнѣ! Да тожъ говорю, —такъ ему горко, что не говорю: пощади! Ео всякому удару—Господи Ісусе Христе, Сынъ Божій, помогай мнѣ' Да о срединѣ той вскричалъ я: полно бить того! Такъ онъ велѣлъ перестать, и я примолвилъ ему: за что ты меня бьешь? Вѣдаешь ли? И онъ паки Бе.іѣлъ бить по бокамъ. Спустили. Я задрожалъ, да и упалъ. И онъ велѣлъ въ казенной дощеникъ оттащить. Сковали руки и ноги и кинули на беть (поперечная скрѣпа балокъ, кладется съ борта на бортъ). Осень была: дождь на меня шелъ... Стало у меня въ тѣ поры кости те щемить, жилы те тянуть, и сердце зашлось, а и умирать сталъ. Воды мнѣ въ ротъ плеснули: такъ вздохнулъ, да покаялся передъ Владыкою, да и опять перестало болѣть " . На обратномъ пути Пашкову съ людьми пришлось ѣхать по голому льду. Аввакуму, „подъ ребятъ и подъ рухлишко", €ыли даны двѣ клячи, а самъ Аввакумъ и его протопопица брели пѣшкомъ. „Страна варварская, —нишетъ Аввакумъ, — •Чімрпч
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4