іуасеу^ ' зйаі^і^мс. і_ 11 Новгороду пришлось напрячь свои силы для боіэьбы съ шведами, ливонскими нѣмцами, литовцами и русскими князьями, которые соперничали за него. Самыми опасными врагами были шведы, ливонскіе нѣмцы и литовцы. Благодаря дарованіямъ своего князя Александра Невскаго новгородцы сразу остановили наступательное шествіе послѣднихъ: въ 1240 г. на Невѣ потерпѣли пораженіе шведы, въ 1242 г. на Чудскомъ озерѣ— ливонскіе нѣмцы, а въ 1245 г. —литовцы. Хотя послѣ этого Новгородъ еще не разъ сталкивался съ этими врагами, однако опасности для его существованія они уже не представляли. Главная тяжесть въ борьбѣ съ пѣмцами и литовцами падала на Псковъ, какъ на пограничную область. Съ половины ХІУ в. и до половины XV в. внѣшнія условія уже снова не требуютъ напряженія боевыхъ силъ Новгорода. Этому обстоятельству суждено было сыграть важную роль въ его исторіи. 6. Техника общественнаго труда. Техника общественнаго труда, измѣнившись кое въ чемъ къ лучшему, въ общемъ однако остается въ Новгородско-Псковской Руси на той же низкой ступени, на какой она была въ предшествующую эпоху. Для звѣроловства существовали двоякаго рода приспособленія („путики"): пасныя и силовыя; насныя были не что иное, какъ ямы или западни, а силовыя—силки. Для ловли нтицъ употреблялись „перевѣсища", представлявшія изъ себя сѣти, которыя развѣшйвались между деревьями. Производство меду и воска попрежнему имѣло характеръ бортничества, т.-е. не требовало почти никакого ухода или предварительной затраты капита-за; но здѣсь уже замѣчаегся нѣкоторый прогрессъ: писцовыя книгп конца XV в. уноминаютъ ульи, т.-е. отмѣчаютъ въ нѣкоторыхъ мѣстахъ переходъ къ лучшей техникѣ пчеловодства. Технику скотоводства можно иллюстрировать слѣдующимъ примѣромъ: въ XIV в. перевозили скотъ на островъ Коневецъ (у западнаго берега Ладожскаго озера) и остав.іяли его тамъ пастись на все лѣто безъ всякаго присмотра. При такой техникѣ скотоводства скотъ не отличался хорошими качествами. Новгородскій владыка, монастыри и бояре занимались разведеніемъ лошадей, д.!ія чего имѣли конскіе дворы съ конюхами; но лошади эти были плохого сорта („шкабаты", -т.-е. клячи); лошади же хорошей породы выписывались изъ-за границы („латинскіе" жеребцы; см. кн. 1-ая, § 229). -
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4