b000001932

Впервые послѣ долгаго перерыва Анна доставила Москвѣ возможность наблюдать подлинную придворную жизнь 28 апрѣля 173° ^- совершилось ея коронованіе, затмившее, по отзывамъ очевидцевъ, своимъ великолѣпі- емъ коронованіе Петра II, затѣмъ начались коронаціонныя торжества, продопжавшіяся цѣлую недѣлю, — пріемы во дворцѣ, балы, банкеты. Въ городѣ устраивались фейерверки и иллюминаціи, подобныхъ которымъ, по сповамъ Лиріа, въ Россіи до той поры не видали. Но и послѣ коро- націи, когда придворная жизнь вошла въ обычную колею, характеръ ея не измѣнился. Праздники слѣдовали одинъ 'за другимъ, балы и банкеты чередовались съ маскарадами, концертами, спектаклями. При дворѣ по- явились итальянская комедія и итальянская опера, оркестръ и солисты- виртуозы, — императрица сама любила театръ и мз'^зыку. Москарадами тѣ- шились иногда, — какъ, напримѣръ, въ февралѣ І73^ г., — въ теченіе дней десяти подъ-рядъ. Сверхъ того, установились регулярныя придворныя собра- нія, куртаги, бывавшіе еженедѣльно два раза, и благодаря имъ карточная игра достигла небывалыхъ до тѣхъ поръ размѣровъ. Въ одинъ присѣстъ проигрывались цѣлыя состоянія, тысячъ до двадцати, въ квинтичъ и банкъ. Анна собственнымъ примѣромъ поош;ряла игру, хотя не увлекалась ею и нимало не интересовалась выигрышемъ. Не посчастливилось въ ея царство- ваніе только вакхическимъ торжествамъ, составлявшимъ при ея дядѣ не- отъемлемую часть придворнаго ритуала: не терпя пьянства, она допускала лишь разъ въ годъ, въ день ея восшествія на престолъ (29 января), цере- монію такого рода, «праздникъ Бахуса», очень, впрочемъ, скромный по размѣрамъ, — всѣ участники его должны были выпивать по большому кубку венгерскаго, преклонивъ колѣна передъ императрицей. Аннинскій дворъ обходился государству вшестеро дороже, чѣмъ дворъ Петра I. Но, ложась тяжелымъ бременемъ на государственный бюджетъ, блескъ придворной жизни оказывался не менѣе, если не болѣе, разори- тельнымъ для частныхъ пицъ. Обязательные расходы на представительство непомѣрно возросли, а средствъ на ихъ покрытіе было попрежнему мало у верховъ тогдашняго обш;ества, все богатство которыхъ сводилось къ про- дуктамъ ихъ деревенскаго хозяйства. Правда, уже въ царствованіе Петра II при дворѣ вошло въ обычай дѣлать новый костюмъ ко всякому празднику, — о чемъ не безъ горечи упоминаетъ Лиріа, самъ постоянно испытывавшіи денежныя затрудненія вслѣдствіе неаккуратности испанскаго казначейства, — но праздники тогда бывали сравнительно очень рѣдко. При Аннѣ, хотѣ- вшей видѣть постоянно на своихъ придворныхъ новые богатые костюмы, траты на гардеробъ вызывали всеобш,ій ропотъ. Придворный, который издерживалъ въ годъ на платье только 2 — з '^'ь^^- рублей, немогъ похва- стать ш;егольствомъ. Одинъ саксонецъ сказалъ польскому королю Августу II, глядя на его пышно одѣтый дворъ, что слѣдовало бы расширить городскія ворота для впуска дворянъ, напялившихъ на себя цѣлыя деревни, — этотъ Ьоп тоі былъ бы не менѣе умѣстенъ при Аннѣ въ Россіи, гдѣ костюмы оплачивались именно деревнями. Зато развитіе вкуса далеко не шло вровень съ прогрессомъ роскоши. Манштейнъ говоритъ, что Аннѣ не безъ труда и не сразу удалось обла- іо8