b000001932

Но академическій театръ все-таки обслуживалъ только избранную публику. Петру Великому не этого хотѣлось: онъ желалъ сдѣлать театръ въ попномъ смыслѣ слова народнымъ, куда бы всѣ могли ходить за опре- дѣленную плату. Мысль царя была несомнѣннымъ «новшествомъ». Мо- сковскому народу рикто еще не показывалъ театральныхъ представленій. Дѣло было новое, требовалась труппа, репертуаръ и главное — спеціально приспособленное для театра зданіе. За труппою, какъ и раньше, отправились за границу. Лослѣ долгихъ переговоровъ въ Россію на службу согласился ѣхать нѣкто Іоганнъ Кунстъ, не столько антрепренеръ, сколько авантюристъ, Въ 1702 году его труппа прибыла въ Москву, самъ онъ получилъ хорошій окладъ съ обязатель- ствомъ начать театральныя представления какъ можно скорѣе. Необходимо было приступить къ построёкѣ театра. Быборъ Петра палъ на пустопорожнее мѣсто въ Кремлѣ, неподалеку отъ Никольскихъ воротъ, слѣва по въѣздѣ. Проектъ основанія театра въ Кремлѣ вызваяъ неудовольствіе нѣкоторыхъ приказныхъ чиновниковъ, считавшихъ, что такому священному мѣсту, какъ Кремль, недостойно заключать въ себѣ комедійной хоромины. Неудовольствіе перешло въ отпоръ, началась про- волочка, тѣмъ болѣе, что царь былъ отвлеченъ другимъ дѣломъ. Въ от- пискахъ Петру указывалось, что горы щебня отъ сломки старыхъ палатъ занимаютъ всѣ свободныя мѣста въ Кремпѣ, и театра строить негдѣ. Пришлось отвести новое мѣсто, на этотъ разъ на Красной площади, среди безконечныхъ лавокъ, лотковъ, палатокъ разной торговли. Петръ самъ слѣдилъ за выполненіемъ приказаній съ театра военныхъ дѣйствій. Толь- ко къ концу 1703 года было, наконецъ, возведено деревянное зданіе театра, длиною 2 о, шириною 15 и высотою б саженъ. Зданіе было безъ оконъ, потому что «непотребенъ свѣтъ въ комедіи». Мѣста для публики были платными и дѣлились на разряды: первый стоилъ гривну, второй 2 ал- тына, третій — 5 копеекъ и послѣдній — алтынъ. Спеціальные билеты пе- чатались на толстой бумагѣ и продавались въ особыхъ чуланахъ, т. е. небольшихъ кассахъ при зданіи. Несмотря на такую дешовую плату, сборы сначала достигли большихъ суммъ, — народъ охотно посѣщалъ неви- данную потѣху. Дѣло, однако, не пошло: Кунстъ не слѣдилъ за репертуа- ромъ и не платилъ никому денегъ. Репертуаръ, состоявшій изъ чередо- вавшихся русскихъ и нѣмецкихъ пьесъ, не былъ понятенъ зрителямъ ни на томъ, ни на другомъ языкѣ. Чиновники посольскаго приказа, столь искусные въ составпеніи бумагъ, оказались никуда негодными перевод- чиками драматическихъ произведеній. Ходульныя пьесы съ сюжетами иЗЪ далекой, непонятной исторіи, съ боями, убійствами, неожиданными пере- ходами въ развитіи дѣйствія не удовлетворяли даже невзыскательныхъ москвичей. Варварскій языкъ переводовъ, сохранявшій всю иностранную конструкцію словъ (Петру приходилось самому учить, какъ надо перево- дить), еще болѣе отваживалъ зрителей. Театръ пересталъ дѣлать сборы, и Яганъ Кунштъ, какъ его звали въ народѣ, убѣжалъ, не заплативъ ни- кому денегъ. Не лучше была дѣятельность Фирста, преемника скрывша- гося антрепренера. Актеры буйствовали, разбивали лавки на Красной 85